Матрешка в перьях

Жанна включила кофемашину, но та не заработала. Я объяснила, что свет внезапно погас, Златова побежала в прихожую, включила пробки и вернулась.

– Елена не в курсе. Это была договоренность между мной и Вениамином. И не смотри на меня так. Полагаю, ты и сама не святая. Мне нужны деньги, нынешний год в финансовом плане выдался неудачный, заработка почти нет.

– Но ты устроила шикарный день рождения, – напомнила я.

Златова пошла к холодильнику."

"– Я же коннектер, поэтому просто обязана демонстрировать окружающим, сколько значительных людей имею в друзьях, доказывать, что успешна. К бедному, никому не нужному человеку не подойдут с просьбой познакомить с влиятельным чиновником, а ко мне побегут. Ведь у меня на празднике пели-плясали министры, замминистры, подминистры, жены чиновников, любовницы губернаторов и прочие. Закатывать пышные вечеринки раз в три месяца – это моя работа, а не прихоть. И обычно после пьянки-гулянки возрастает поток заказчиков. Но в этом году прямо лажа какая-то, поэтому я обрадовалась, когда Подольский ко мне обратился. Елена ему первый раз конкретно отказала, назвала его идею с покушением бредом и выставила чудака за порог. Тогда этот фрукт соединился со мной, телефон-то мой в Интернете легко найти, и предложил: «Займитесь моей раскруткой. Заплачу сполна наличными, есть гениальный план». Я ему ответила: «Вы уже обращались в агентство. Если думаете, что я возьмусь за постановку спектакля с выстрелом в вас, то ошибаетесь». Знаешь, что он ответил?

Глава 27

– Полагаю, предложил очередной «креатив», – догадалась я. – На сей раз речь шла о наезде?

– Угадала, – хмыкнула Златова. – Занудил: «Я готов признать свою ошибку. Не продумал пиар-компанию с выстрелом. Сейчас план получше. Смысл такой: меня преследует фанат, возмущенный сюжетом романа «Нежность», пишет записки с угрозами. Я обращаюсь к частным детективам. Они все дураки, уволенные за пьянство сотрудники полиции, ничего в сыскном деле не смыслят, максимум, на что способны, это вести слежку за неверными женами…»

Жанна детально излагала план Подольского, и мне стало ясно: я не ошиблась, когда предположила, что, изображая падение и жалуясь на травмированную ногу, Вениамин хотел заполучить глупенькую, испуганную свидетельницу покушения на «великого литератора». Аферист рассчитывал, что я не запомню ни малейших подробностей инцидента. И, в принципе, не ошибся, я ведь даже не смогла как следует рассмотреть ни лицо убитой женщины, ни внешность того, кто унес труп. А Жанна все говорила.

– Он предложил мне очень хорошие деньги. Кто же от сладкого куска откажется?

– За что платил Подольский? – уточнила я.

Златова опустила глаза.