Отработанный материал

Подумав, Влад на всякий случай покосился в указанную сторону, но, так ничего необычного и не разглядев, удивлённо спросил:

— Как вы угадываете, что погода изменится?

— Я тебе по дороге объясню, — отмахнулся Мишель и, развернувшись, скрылся в пещере.

Вернулся он минут через пятнадцать, неся в каждой руке по увесистому мешку и ружьё на плече. Заметив у него на поясе патронташ и нож, Влад одобрительно кивнул. Судя по скорости сборов, переезжать ему было не в новинку. Подумав, разведчик достал из-за пояса один из трофейных станнеров и молча протянул его врачу.

— Что это? — не понял Мишель.

— По дороге объясню, — усмехнулся в ответ Влад. — Кстати, а как вы тут без оружия останетесь? — повернулся он к женщине.

— Не волнуйся. У нас теперь целый арсенал хранится, — рассмеялась Дженни.

— Тогда старайтесь не выходить на улицу с пустыми руками, — не принял её тона разведчик. — Забыли уже, как мне пришлось прямо у пещеры секача валить? Не надо понапрасну рисковать.

— Дожила. Чечако без году неделя на планете, а уже меня тут выживать учит, — фыркнула в ответ женщина.

— Я вас не выживать учу, а от глупого риска предупреждаю, — огрызнулся Влад и, не прощаясь, залез в кабину снегохода.

— Он прав, Дженни. Не выходите на улицу без оружия, — добавил Мишель и, усевшись за руль, запустил двигатель.

Несмотря на темноту, врач уверенно вёл машину через лес, ориентируясь по только ему понятным приметам. Сидевший рядом с ним Влад сосредоточился, пытаясь уловить направление их движения и запоминая дорогу по неизменяемым ориентирам. Камни, крупные деревья, необычные кусты — всё это могло помочь ему найти дорогу обратно.

— Объясни, с чего имперская безопасность вдруг заинтересовалась нашим захолустьем, — спросил Мишель, не отрывая взгляда от дороги.

— Я долго голову ломал, зачем корпорация так старательно закрывает эту планету, при этом делая всё, чтобы она не получила статус тюрьмы, — ответил Влад. — Экология, пищевой баланс, добыча ценных мехов — это всё для официальных властей. Должна быть и другая причина. И как ни старайся, но ничего кроме запрещённого производства мне на ум не пришло. Можешь назвать меня параноиком, но я печёнкой чую, что угадал.

— А если это наркотики? — обдумав его слова, спросил врач. — Здесь есть десяток растений, сок которых после определённой обработки можно использовать как тяжёлые наркотики. Похлеще кокаина и опиума будут.

— Ничего себе. Вот уж не подумал бы, что в таком холоде такие звери могут появиться, — удивился Влад. — Но даже если это наркота, всё равно польза будет. Но лично я считаю, что здесь что-то пострашнее дури производят.

— И что же это?

— Химическое оружие. Ты сам говорил, что местная флора — это кладезь самых разных неизученных ядов и кислот.