Матабар III

— просто не всегда могли опознать в них искомое, но сегодня я приоткрою завесу тайны над сим знанием. Для начала в краткой, как первая влюбленность романтичного юноши, форме. Статичный массив не меняет свойства печати, после её воплощения, а дополняет во время создания. Динамичный массив способен их скорректировать уже после того, как печать сформирована. Что-то вроде отправленного в будущее письма.

Вложить столько трудов, загубить такое количество жизней и, при этом, не приложить ни малейшего усилия, чтобы подстраховать свой злодейский план. Складывалось впечатление, что кураторы не питали ни малейших надежд на успех. Но тогда — зачем начинать? Чтобы отвлечь внимание? Возможно.

Может, все же, разные организации?

А орден Паука и Бездомный Паук во Дворце Царей Прошлого? Совпадение?

Ардан выронил карандаш и запустил пальцы глубоко в волосы, будто пытался нащупать на собственной макушке тумблер, при активации которого мысли перестанут хаотично биться о стенки черепа и выстроятся в стройный, логичный ряд.

И, самое важное, кто?

Рядом с плечом Ардана прозвучал тонкий, едва слышимый стук. Юноша резко обернулся и увидел за стеклом голубя, нахохлившегося в снежной горке на откосе.

Голубь? Может быть за ним следят? Через голубя. Или голубь и является тем элементом, что упускает Ардан. Вдруг, помимо ордена Паука, существует еще и секта Голубей. И она…

Нет, причем тут голубь… он уже просто с ума сходит.

Арди дернулся и, поднимаясь с места, вытянулся по струнке. Эн Маниш, через весь амфитеатр, заполненный потоком первого курса, смотрел на него с легким прищуром и вызывающей усмешкой.

— Раз вы так заняты сражением с пернатым, то, наверное, уже высчитали формулу, которую я, по своей нерадивости, не имея представления о вашей важнейшей для истории битвы, вывел четверть часа тому назад.

Ардан бросил быстрый взгляд на доску. Там, на половину графитового полотна, белым мелом слегка мерцала в свете Лей-ламп формула расчета требуемых Лей-лучей при определенном объеме интервента в виде кинетической энергии.

Арди, еще на втором месяце обучения, щелкал данные формулы расчета лучей проще, чем Скасти его излюбленные семечки еловых шишек.

— Три луча, — ответил он уверенно.

— А тип? — не сдался эн Маниш.

Ардан повернулся к соседней доске, где красовалась модификация классического, учебного щита. Видимо её сегодня и просчитывали.

— Рассеивающий, — пожал он плечами.

Профессор, кажется, нисколько не удивился скорости ответов Ардана. Вместо этого эн Маниш положил мелок на уголок стола.

— Ваше предложение по переделке, учащийся Эгобар.

В Большом не существовало никакой поощряющей системы, в виде оценок или табеля успеваемости. Только результаты экзаменов.