Матабар. II

Потому Огланов и сидел, закутавшись в плед. Невысокий, с явно нездоровым пузом, зализанными на бок жидкими, седыми волосами, щербатыми зубами и кожей, напоминающей лимонную цедру.

Но с ясным, стальным светом серых глаз и лукавой, легкой улыбкой.

— Неожиданная встреча, Ард, — произнес он приятным, но скрипучим голосом. — Успели приобщиться к джазу?

Милар в недоумении перевел взгляд с Петра на Арда и обратно. Тот и сам молча открывал и закрывал рот, старательно изображая из себя рыбу.

— Метрополия, сколько бы миллионов в ней не проживало, весьма тесный городок, Ард, — развел руками тот самый старик, с которым, почти полгода назад, Арди играл в Семерку, коротая ночь.

Милар, не спрашивая разрешения, уселся на один из стульев, достал сигарету, поджег и закурил, попутно придвинув к себе грязную, почти доверху забитую сигарными огарками пепельницу.

— Вы, я вижу, уже знакомы, — капитан выдохнул облачко дыма.

— Знакомы, — кивнул Петр и, указывая Арди на соседний стул, добавил с оттяжкой: — Господин…

— Капитан Милар Пнев, дознаватель первого ранга второй канцелярии, — представился Плащ.

— Ну надо же, — картинно всплеснул руками Огланов, которому на вид можно было дать лет шестьдесят или чуть больше. — Аж целый капитан дознаватель. И чем же я обязан столь редкому визиту в мою столь же скромную обитель?

И, что показательно, Петра нисколько не заботило ни звание Милара, ни принадлежность того к Плащам. Казалось Петр и вовсе слегка насмехается над своим визитером.

— Елизавета Арис мертва.

Петр моргнул, затем моргнул еще раз и прямо на глазах будто постарел лет на пять. Он молча протянул руку, открыл одну из секций под столом, достал бутылку с янтарным напитком и три стакана.

Поставил перед каждым, откупорил пробку, налил по нескольку грамм и тут же залпом осушил свой.

— На службе, — Милар плавно отодвинул от себя не самый чистый стакан.

Арди недолго смотрел на плещущуюся перед ним жидкость, в которой, по запаху, легко узнавался виски.

— Да, Лиза что-то такое говорила о своем новом долговязом знакомом, — Петр выпил и содержимое стакана Ардана.

Они все ненадолго замолчали.

— Что ты хочешь знать, капитан? — спросил, наконец, Петр.

Голос его звучал тяжело, но немного трясся. Примерно так же, как и руки, убиравшие бутылку обратно в своеобразный бар.

— Бальеро, — коротко ответил Милар.

Петр откинулся на спинку скрипучего, разваливающегося кресла и повернулся к окну. Арди никак не мог взять в толк — почему, учитывая количество дел в архиве, кабинет в таком плачевном состоянии.

— Примерно два месяца назад ко мне попало одно не очень приятное дело, — начал рассказ Петр. — Пропал ребенок одиннадцати лет.