Мать твою, женщина!

Дыхание сбивается, сердце принимается выбивать чечётку, а просьба покинуть моё тело, застревает в горле.

– Какого хрена? – напрягшись всем телом, спрашивает мужчина, и его будто вылепленное одарённым скульптором лицо искажает непонимание и боль.

Он подаётся назад, пытаясь покинуть моё взбунтовавшееся тело. И я, заметив это, испытываю облегчение.

Сейчас всё закончится!

Но… не заканчивается. Моё влагалище, будто тисками зажало мужское богатство не желая отпускать.

– Расслабься, – несколько раз дёрнувшись во мне, но не получив свободу просит мужчина, но каждый его толчок вызывает новую порцию боли и никак не способствует расслаблению.

–Не могу, – издаю жалобный писк, прикусив губу, кажется до крови.

– Мать твою! – произносит мужчина, резко стукнув раскрытой ладонью по кровати недалеко от моей головы.

– Что происходит? – дёргаюсь в испуге, ощущая, будто попала в западню, но из-за боли плохо понимаю происходящее.

– Кроме того, что мой член застрял в тебе, ничего особенного.

Тело парализует, на глазах собираются слёзы, а в груди застревает крик.

– Тише, тише, рыбка. Без паники. Я не злюсь, совсем не злюсь, и тебе не надо нервничать, пока важная часть моего тела в тебе, – берёт себя в руки мой товарищ по несчастью, – Я не хочу её лишиться, понимаешь.

Киваю.

– Сейчас расслабишься, и всё будет хорошо… Я же не первый? Нет?

Выясняет острожное. Отрицательно качаю головой.

– Уже хорошо…

Слышу вздох облегчения. Хотя не понимаю, что это меняет. Он застрял! Во мне! Застрял! Как?

– Давай, рыбка, выпускай меня… А то складывается ощущение, что не я тебя поймал, а ты меня. Хотя… Может быть ты пиранья?

Если бы… Уже отгрызла бы ту самую важную часть тела, да махнув хвостиком уплыла бы от этого безумия. Какая к черту пиранья… Гуппи… глупая Гуппи…

В его вопросе звучит лёгкая издёвка, может было бы смешно, если бы не было так больно.

– Ну что ты… Всё хорошо. Слышишь?

Резко киваю, а подушечки чужих пальцев вновь касаются кожи, скользят по моему телу, касаются груди, задевают клитор. Ощущаю лёгкие вспышки в теле, напоминающие возбуждение, но не могу сосредоточиться на них. Я будто каменная скала, движущаяся на другую, в потребности зажать, раздавить.

– Не работает, – всхлипываю я.

– Вижу. Чувствую, – сжимает челюсти и рвано выдыхает. – Ладно, переходим к плану Б.

Смотрю на него, приоткрыв рот, пытаясь выровнять сбившееся дыхание.

– Ты меня зажала, вспоминай милая, что лучше всего заставляет тело расслабиться?

Молчу, хлопая ресницами.

– Ну, рыбка ты должна знать.

Тело вновь окутывает лёгкая ласка, заставляя концентрироваться на его словах и понемногу расслабляться.

– Вода, маленькая, нам нужна вода.

– И что мы расклеимся? – шепчу недоверчиво.

– Типа того, – мужчина дарит вымученную улыбку.