Печать мастера. Том 1

И ты будешь любить её каждую ночь и хотеть до тех пор, пока я не получу, хотя бы двух мальчиков с ментальным даром…

Менталист молчал, вцепившись в прутья решетки, и дышал часто-часто.

– И если ты ещё хотя бы раз… хотя бы раз попробуешь нарушить приказ, Рис… Я оплачу тройку менталистов и сотру тебе все воспоминания об Алише… каждое. Память – это то, что делает нас теми, кто мы есть. Я сотру у тебя из памяти твою дочь. А когда исчезнет память – исчезнут и чувства… Бросишься на меня? – спросил Блау без интереса. – Или нет? Прямое нападение на Наследника – смерть, и тогда она… – сир ткнул них с девчонкой, – Таб-би-эр останется совсем одна в этом жестоком мире…

– Тварь, – наконец менталист справился с голосом. – Ты будешь гореть за Гранью…

– Клан должен выжить, – повторил Блау равнодушно. – Никакая плата не может быть слишком большой.

– Ты сходишь с ума из-за Акселя и тащишь за собой всех! Мальчика можно спасти, можно попробовать, можно попытаться найти лекарство, решение, можно погрузить его в стазис на время, – с жаром напирал менталист. – Можно перенести это псаково испытание младшего наследника!

– Решения нет. Времени нет. Клан должен выжить, – монотонно повторил Блау и развернулся к выходу. – И я знаю, что ты был у Главы. За моей спиной, – бросил он напоследок и сделал жест охране – выходим.

– Я принес клятву! – выкрикнул Рис, прижавшись к прутьям. – Новую клятву Главе…

Блау на миг остановился на верхней площадке, но не обернулся.

– …что буду защищать его внуков, как своих детей, – закончил менталист сипло – у него сел голос. – Клятву на крови, жизнью и силой.

Сир обернулся – первый раз за вечер Коста увидел, как какие-то эмоции промелькнули на его лице, но так быстро, что он не успел поймать суть.

– Защищать детей даже от… отца, – закончил Рис. – Не делай этого…

– Новые клятвы стирают старые, если сила берет верх, – нараспев произнес Блау. – После ритуала это больше не будет иметь значения.

– А что делатьс мальчишкой-писарем, сир? – один из охранников склонился в поклоне и только тогда осмелился тихо задать вопрос дрожащим голосом.

Первый раз за вечер сир Блау посмотрел прямо на Косту.

– Пусть сидит и думает. Предложение стать вассалом клана – в силе, – сказал бородач лично ему. – Никто не может сказать, что Блау не держат слово. Выберет – клятву – пусть ждет утра. Выберет… неправильно… посадить в соседнюю камеру, отправите на алтарь вместе с остальными.

Коста начал дышать, только когда за сиром закрылась дверь камеры. Охрана щелкнула задвижкой, заперев, и облегченно выдохнула, рассмеявшись тонко и истерично.