Печать мастера. Том 1

– То, что я теперь ниже тебя – это же хорошо. Ты не последний, ты же этого так боишься…

– Я боюсь того же, чего и все! – фыркнул Пятый. – Чтобы не упасть в рейтинге, чтобы пройти дальше. Потому что… – Пятый помедлил, – если ты не прошел, это значит – у тебя нет будущего, – закончил он буднично. – А иметь будущее хотят все.

– Какой у него круг? – Коста качнул головой в сторону Девятого.

Пятерка вытянул шею, прищурился и незаметно показал шесть пальцев.

– А у него? – Семнадцатый стоял прямо перед ними.

Пятерка отогнул семь пальцев, и снова показал семь – когда кивнул на Второго ученика.

– А у тебя? – Спросил Коста тихо.

Пятерка поколебался и поднял вверх две ладони – и загнул один палец – девятый круг, потом подумал и отогнул десятый наполовину, потом прикусил губу и снова загнул. Поднял глаза на Косту и пожал плечами.

– Седьмой! Сдать жетон!

Коста молчал мгновение, очередь продвинулась на ещё один шаг вперед, а потом поднял вверх два пальца.

– А у меня второй круг. И я боюсь совершенно других вещей, – закончил Коста тихо.

– Дикарь! – шепнул Пятый, толкнув его в бок. – Зато ты боишься воды! Никто не боится, а ты боишься! Как ты переживешь декаду тренировок в заводи? Ты – трус!

Коста тяжело вздохнул.

– Да, ты трус и об этом узнают все! Тебе придется лезть в заводь, ты боишься воды и не умеешь плавать, и…

– И что? – Коста пожал плечами. – Я – трус. И я боюсь воды. Я ненавижу воду.

Пятый открыл рот.

– А сегодня все убедятся, что ты – ТРУС!

– И что?

– У тебя вообще есть гордость? – прошипел Пятый сердито. – Гор-дость! Это когда ты боишься упасть в грязь лицом! Над тобой все будут смеяться!

Коста фыркнул едва слышно.

Сколько раз Нейро возил его лицом по грязи? И что, что он – боится. Да, он – трус. Но трусом быть не страшно… И если все будут смеяться, это тоже не страшно. И падение рейтинга, и карцер… это все не страшно… страшно совсем другое…

Воспоминания вспыхнули ослепительно белым, как коса Наставника, когда его голова болталась, насаженная на пику…

Коста потряс головой и сделал глубокий вдох.

Вот это – страшно.

– И что? Пусть смеются, – Коста пожал плечами. – Я стану лучше, если они будут смеяться? Я стану хуже, если они будут смеяться? Мой круг перестанет быть вторым? Я стану хуже писать? Что изменится?

– Ты… ты – дикарь!

– Тогда мы хорошо подходим друг другу, – пробормотал Коста."

"Кисточка в руках Помощника будила неприятные воспоминания. Как будто он снова на аукционе в Аль-Джамбре, как будто он снова просто щепка, которую несет по волнам и от его воли ничего не зависит, как будто… его снова хотят сделать рабом, присвоив номер.

Коста сделал несколько глубоких вдохов.

Нет. Он не в бараках. Он на островах Арров. Он – на островах.

– Пятнадцатый!

Они сделали ещё шаг вперед.