Печать мастера. Том 1

 – Так и выйдет, что не виноваты ни в чем… что даже руки не подали, когда я умирал!!!

Умирал? – Коста выгнул бровь.

– Почти умирал, – сварливо поправился Лис. – Два дня без еды и я бы умер! – воскликнул он патетически. – А в руку протянутую возложить должно, – пропел он строчку из проповедей.

– Нет рук других, кроме твоих, – возразил Коста. – Великому все равно. Кто тебе должен руку подать? Великий и так дал тебе две руки – работай и голову, – Коста постучал по виску, – чтобы в нее думать, а не только жрать…

– Попробуй подумать, когда два дня не жрамши…

– Уффф… – Коста выдохнул, запасаясь терпением. – Раз ты такой верующий, считай, что нас свел Великий…

Лис моргнул длинными выгоревшими ресницами.

– …свел, и подсказал путь, Великий заставил меня думать, и раз я придумал … то это Великому угодно, чтобы ты две зимы послушником был… Если всё по воле его и виноват он во всем, – закончил Коста насмешливо.

Рыжий открыл рот, закрыл, щелкнул зубами, а потом развернулся досадливо взмахнув рукой – “ну тебя, все равно не переспоришь”.

* * *Храм Великого

– Может придумаем другой способ? – зудел пройдоха в ухо. – Может придумаем? Две зимы… две зимы тратить… Ты умный, подумай ещё, пораскинь плетениями…

– Тихо, – оборвал его Коста – послушник заканчивал – делал последний круг, подметая задний двор храма, а они всегда делали ровно три захода. – Хочешь другой – думай сам. Как договорились – на десятый счет. Что хочешь делай, но чтобы жрец не вышел проверить.

Лис твердо кивнул – “с этим то он точно справится”.

– Я закончу и постучусь к вам, чтобы принести клятвы.

– Раз, – начал считать Коста. – Два… три…

“Десять”.

Рыжая криво стриженная голова под факелом, освещающим дверь в привратницкую, где ночью постоянно находился один храмовый служитель, выглядела особенно беззащитно и жалко.

Лис постучал дважды – ему открыли, Коста видел только край оранжевой робы. Три мгновения – пройдоха зашел внутрь, дверь скрипнула, закрываясь.

Время пошло.

Коста двигался с перерывами. Короткими перебежками, стараясь держаться в тени, чтобы миновать освещенные места."

"– Вот сюда они относят все таблички для поминовения… там всегда горят свечи – светло, увидишь… – нужная ему комната находилась сзади и немного сбоку главного зала – Лис даже начертил палкой кривой план на песке, тыкая туда, куда ему нужно попасть. – Зашел, поменял деревяшки, вышел, – пояснял рыжий.

“Нашел”.

Свет пробивался из-под плохо пригнанной двери, Коста осторожно приоткрыл дверь и заглянул в щель – чисто. Ряды свечей, ряды столов, ряды стеллажей и ряды табличек.

“Зашел”.