Печать мастера. Том 1

– Всё, можешь смотреть… – отложил Коста кисть, которой поставил три маленьких родинки в уголок глаза, родинки, которые испортили безупречную белизну фарфорового лица. – Подожди… – скомандовал он. – Распусти волосы… я рисовал картину с распущенными волосами.

Лис фыркнул, но послушался – распотрошил пальцами косу и почти вприпрыжку побежал к луже. Добежал, заглянул и – замер.

Коста неспешно вытер кисть, сложил испорченный пергамент, щелкнул застежками тубуса, и только тогда шорох за спиной заставил его обернуться.

Лис – плакал.

Губы дрожали – краска на щеках смазалась двумя дорожками.

– Я красивый. – Проговорил он ошеломленно. – Я действительно могу быть красивым. Меня могут взять исполнять женские партии… теперь я – верю… до этого я считал, что не подхожу… у меня получится! Получится!!! Получится!!! Получится!!! Я – великолепен, – Лис расхохотался, кружась вокруг Косты.

– Смой, потекло. Краска и правда не прочная… и зачем им брать тебя, если есть мистрис?

– В театре не место женщинам, простофиля!!! В театре играют одни мужчины!!! У-у-у-у… – промчался рыжий по кромке воды босиком – волосы флагом развивались за спиной. – Садись! – властно скомандовал он Косте. – Я буду играть для тебя!

Коста послушно устроился на песке, скрестив ноги.

Лис зашел в воду по колено, откинул назад волосы манерным жестом и замер, освещенный солнцем.

– Я не помню всю партию – не было свитков, знаю только четыре куплета… но это не важно, – пробормотал рыжий воодушевленно. – Ничего не важно… Когда я на сцене – есть только я и зритель… Взирай же на меня, о мужественный враг!!! – начал он так громко, что Коста вздрогнул. – Доколе мне страдать в тенетах… Испив до дна ту чашу, что дана… Я хороню себя под властью ветра…

* * *Через несколько дней

На охоту они выходили ещё трижды, как только кончалась еда. Дважды – днем, и один раз – ночью.

От “великолепной идеи великолепного Лиса” – своровать рыбы прямо из сетей – Коста отказался. Уж слишком заморенными выглядели рыбаки, худыми, иссушенными светилом, и просолеными ветрами.

Поэтому рыбу они зарабатывали. Четыре небольших рыбины – чистя улов с утра до вечера.

– Весь день под палящими лучами… весь день… все в чешуе и потрохах… все пропахли рыбой… Провоняли!!! – восклицал Лис беспрестанно, и все ради чего? Ради четырех жалких хвостиков, которых хватит на один ужин?

– Заткнись, – шипел Коста сквозь зубы.

– Что заткнись, что заткнись?! Своровать вышло бы за тридцать мгновений! Ты отвлек, тью… и я уже бегу, только меня с рыбой и видели!

– У таких воровать – грех, – огрызнулся Коста устало. Руки щипало от воды и работы. – Завтра пойдем ещё…

– Я не пойд-у-у-у!!! – выл Лис. – Не пойду!!!!

– Не ходи, – Коста равнодушно пожал плечами. – Останешься без еды.