Мастера детектива. Выпуск 8

Завтра вечером в Мулене я вам его покажу. Мы вместе сожжем его. Это будет первым моим подарком, – закончила она дрожащим от волнения голосом.

Она приблизилась к нему, она ждала, что он заключит ее в объятия. Он не мог, так же как не мог и оттолкнуть се.

– Филипп, я…

Вдруг она отпрянула назад, повергнутая в ужас, словно за спиной ее собеседника неожиданно появился призрак.

Филипп обернулся. Дверь была открыта – и в проеме вырисовывался силуэт Раймонды.

Еще не придя в себя от изумления, Люсетта пролепетала:

– Мадам… мадам Сериньян!

Глава 19

– Да, это я, Раймонда Сериньян! Можешь потрогать. Я не привидение. Я жена Филиппа… Ты слышишь, потаскушка? Жена Филиппа, и ты его у меня не похитишь!

Впервые обращаясь к ней на «ты», стиснув кулаки, с пылающим местью взглядом, Раймонда надвигалась на Люсетту, которая отступила в глубь комнаты.

– Идиотка! – взревел Филипп, хватая жену за руку.

Люсетта, парализованная страхом, а затем – изумлением, смогла, наконец, пробормотать:

– Мадам Сериньян… Но ведь… В машине ведь кто-то был… Женщина!

– Женщина? Девица, проститутка из Булонского леса. Филипп подобрал ее по случаю…

– Молчи, ты!

Филипп не мог одновременно удерживать Раймонду и мешать ей говорить. Правда, последнее было для нее чем-то наподобие разрядки – предохранительным клапаном, через который ее ненависть и злоба извергались одной желчно-едкой струей.

– Труп изуродован ожогами, неузнаваем. Я же в это время, с его ведома…

«Его» – значит, мужа, и она делала акцент на этом сообщничестве, которое их объединяло.

– …С его ведома я находилась у своего парикмахера. Филипп воспользовался вами, тобой и Робером. Ты ему нужна лишь как алиби, убогая ты моя!

Филипп так стиснул ей руку, что она застонала. В течение нескольких секунд тишину нарушало лишь ее прерывистое дыхание.

– Пусти, – взмолилась она, наконец.

Сотрясаемая нервной дрожью, Раймонда, без всякого сопротивления, позволила оттеснить себя в другой конец комнаты. В противоположном углу Люсетта медленно приходила в себя. Она следила за парочкой встревоженным взглядом, в котором непонимание смешивалось с испугом и который как бы вопрошал: «Зачем?.. Ну зачем они это сделали?»

Наступила неловкая пауза, как на сцене театра, когда плохие актеры вдруг забывают текст. Пришибленный случившимся, Филипп и вовсе было упал духом: он готов был отказаться от борьбы, которая теперь уже казалась совершенно бессмысленной.

– Ты не могла бы вести себя поспокойнее?

Его трезвое замечание, похоже, явилось той репликой, которой как раз и не хватало двум женщинам, чтобы взорваться.

– Чтобы не мешать тебе спать с этой шлюхой? – завизжала Раймонда.

Такого оскорбления Люсетта снести не могла.