Мастер снов

Толкнул в темноту Хэл, нырнул следом за ней и отпустил тугую створку.

Колесница проехала рядом, зацепив бортом за грубо сколоченные доски, кое-как закрывающие вход. Ненадежная преграда затряслась. Тушка жука, по-прежнему висящая у меня на поясе, продолжала слабо светиться, но этого было достаточно, чтобы разглядеть длинную рваную щель в двери. Затем все стихло. Мы стояли еще некоторое время, прислушиваясь. Однако ничего не происходило.

Хэл глубоко вздохнула и огляделась. Подняла взгляд к потолку. Он был очень низким – я почти касался его головой. Потом заметила криво сбитые, неровные ступени лестницы, ведущие вниз, в полную темноту, и спросила негромко:

– Что там?

– Глубины сна, – так же тихо ответил я. – Те самые, что порождают чудовищ.

– Тебе приходилось там бывать? – Она приподнялась на цыпочки, чтобы разглядеть что-нибудь в глухой черноте.

– Приходилось. Раз или два.

– А нам не нужно будет спускаться?"

"– Нет. Тогда я выполнял другие задания. Для нашего в такие дебри забираться не требуется.

Хэл очень хотелось спросить, что я делал и что именно видел, но она придержала любопытство для более спокойной обстановки.

– Вроде бы уехал. – Девушка вновь прислушалась. – Можно выбираться.

Она вопросительно посмотрела на меня.

Я открыл дверь и первым вышел из подъезда. Улица была пуста. Кособокие дома, освещенные живыми фонарями, нависали над мостовой. В одном из окон на втором этаже мелькнула размытая тень. Все спокойно…

Громкий свист над головой заставил меня вскинуть руку, машинально защищаясь. Тонкая плеть обвилась вокруг предплечья, захлестнув металлический наруч. Совсем близко вскрикнула Хэл.

Я развернулся, запрокинул голову и увидел колесницу. Громоздкая конструкция вместе с лошадьми стояла на стене дома, словно та была продолжением мостовой, а повозка – гигантским насекомым, с легкостью забирающимся на любые отвесные поверхности. Возница смотрел на меня сверху. Его лицо по-прежнему скрывал капюшон, однако я чувствовал пристальный, едкий взгляд из темноты.

Кошмар застыл на долю секунды, похоже, еще никогда не видел, чтобы кто-то мог противостоять его оружию. Затем рванул кнут на себя, но сбить меня с ног не сумел.

– Мэтт! – прозвучал рядом испуганный вскрик Хэл.

Я дернул плеть, однако не смог вырвать кнутовище из ладони, затянутой в черную лоснящуюся перчатку.

Силы были равны. Он тоже понял это, подался вперед, ослабляя натяг, и ремень как живой сполз с моей руки.

Возница размахнулся снова, но на этот раз удар пришелся по лошадям. Они рванули вверх по стене, топча жуков-фонарей, оставляя трещины в досках, и утянули повозку на крышу.

– Мэтт, ты как? – бросилась ко мне Хэл.

– Нормально. – Я взглянул на предплечье. Наруч покрывали глубокие полосы, словно металл проплавился.