Мастер Разума

Срок передачи денег матери Петера Лазефа истечёт завтра в полночь. Документы скоро доставят.

Отчеканив всё это, застывает на месте. Идеальный образчик бюрократа.

Решив, что отвечать ему всё равно бесполезно, отхожу в сторону. Стараюсь отвлечься от размышлений о бродящих по университету адептах Твари. Раз местные не проявляют бешеную активность в поиске заражённых, значит, скорее всего, она не набрала достаточную силу, чтобы привлечь внимание. То есть Дели не должен стать ареной кровавой бойни в один из ближайших дней, и проблему можно решать постепенно.

Ещё одна глобальная ошибка — надо было сразу включить эту грёбаную мразь в расчёты. Впрочем, вряд ли бы это что-то поменяло в моих последних действиях.

Какое-то время раздумываю над тем, чтобы сдать адепта безопасниками, но быстро прихожу к выводу, что скорее подставлю самого себя, чем доктора. Если контрразведке ничего не известно, я буду выглядеть полоумным идиотом, рассказывающим небылицы. В противном случае придётся объяснять, как я распознал этого выблядка и откуда появилась способность к работе с ментальными техниками. Само собой, появятся вопросы по поводу всех связанных со мной убийств. А ещё они гарантированно притащат высокорангового менталиста, который сможет вскрыть мой мозг.

Закончиться всё это может разными вариантами, но в любом из них меня ждёт либо смерть, либо заточение с принудительным участием в экспериментальной программе. Любой одарённый, идущий по пути Разума, многое отдаст за возможность работы с сознанием, перешагнувшим границы миров. И ещё больше — за информацию о методах использования силы, которые применяются в моём мире.

Металлическая дверь отходит в сторону, и на пороге появляется девушка затянутая в такую же форму, как сопровождавший меня идеальный бюрократ. Только эта светится интересом — даже пытается задержаться, чтобы присутствовать при подписании. А получив меланхоличный отказ, обиженно взмахивает головой со светлыми волосами, собранными в хвост, и пытается надавить на парня.

Конца этой истории я не застаю: пока парочка препирается около входа в больничное крыло, добираюсь до палаты, где пробегаю глазами бумаги и, убедившись, что всё верно, ставлю подпись. После чего укладываю их на небольшой столик. Заодно узнаю имя моей новой клиентки — Ранна Лазеф. Сам термин ""клиентка"" смотрится чуть забавно, но он явно перекочевал в индийское право из Рима, как и вся система патронажа. С полным сохранением своего первоначального значения.

Плотно сжавшая губы девушка забирает бумаги. Бросает взгляд на меня, потом смотрит в сторону брата. Наконец ставит подпись. Протягиваю руку за документами, и меня снова окатывает волна ярости.