Мастер порока

Словно я никогда так и не решусь выползти из своего панциря и не позволю себе жить нормально! А все из-за какого-то мерзавца…

Приближаясь ко мне с одеждой, Марк замедлил ход и нахмурился, столкнувшись с моим застывшим взглядом.

— Он… Он был моим первым мужчиной, — вдруг выдали мои губы.

Марк опустил руку, в которой удерживал мое платье и всем своим видом показал, что готов слушать. Мне же понадобилось время, чтобы продолжить говорить. Все мое существо мгновенно окунулось в отрывок жизни, который я бы хотела навсегда вырезать из памяти!

— Я была влюблена и так… счастлива, что совсем не замечала тревожных маячков внутри!.. — призналась я сдавленно. — Не реагировала на какие-то моменты, когда он был не сдержан и вел себя хладнокровно.

Сделав прерывистый вздох, я опустила глаза на свои дрожащие руки, которые взволнованно перебирали край пиджака."

"— В первый раз мне было очень больно. Но это не остановило его… Он не закончил пока… пока не получил свое удовольствие. Я посчитала, что так и должно быть, — беспомощно пожала я плечами. — Что больно всем, но нужно идти до конца! Потом… был перерыв. Точнее я искала причины, чтобы избежать близости. Я боялась и оттягивала время как могла! Но однажды, Ренату это надоело. И он… он…

— Что он сделал, Арина?! — разрезал пространство суровый баритон Вараввы.

Так больно было вспоминать об этом. Еще больнее говорить… Стыдно, унизительно! Несправедливо.

— В тот вечер мы приехали с гостей, — заставила я себя собраться, хотя за слезами уже ничего не видела. — Ренат нарочно привез меня к себе. Там, где никто не помешает, где мне… некуда будет бежать. Он начал зажимать меня чуть ли не с порога, а когда я попросила остановиться… Он будто с цепи сорвался! Больно заломил мне руки, толкнул животом на стол, порвал платье, и… Он взял меня силой…

Сказав это вслух, я ощутила такой болезненный удар сердца в груди, что жгучие слезы брызнули из глаз.

— Я даже подумать не могла, что он способен на такое!.. — выпалила навзрыд. — Я молила и плакала, но он все равно продолжал! А после… сказал, что это моя вина. Что мне нужно было просто расслабиться, а он не собирался записывать себя в евнухи.

В кабинете воцарилось молчание, но оно вовсе не давило на меня. Мне нужно было отойти от этих событий, от мерзкого ощущения, в которое я погрузилась с головой.

— Мне очень жаль, — вдруг услышала сдержанное, и впервые взглянула на Марка.

Его глаза смотрели на меня в упор, а лицо напоминало каменное изваяние. Шагнув к столу, он положил мою одежду и бережно стянул с моих плеч пиджак. Не говоря ни слова, одел меня и помог слезть со стола.

— Идем. Я провожу тебя в спальню.

Марк проводил меня до самой кровати, и лишь когда я забралась под одеяло, покинул комнату.