Мастер не приглашает в гости

Я сочувственно взглянула на складку, залегшую между его бровей.

— Я не могу ответить вам на этот вопрос. Мне нужно подумать.

— Таким образом, использование переменных Брокленда при формировании рунической обвязки позволяет задать цикличность формуле накопления магической энергии и снизить потери магической энергии на ключевой стадии создания накопителя. В зависимости от типа используемого накопителя, этот показатель колеблется от семи до девяти процентов, что позволяет продлить работу накопителя. Конкретные показатели зависят от емкости и типа накопителя, и, в меньшей степени, от косвенных факторов, таких, как соответствие огранки накопителя рунической формулы, материалы, использованные для создания обвязки, сочетание носителя со всеми перечисленными выше факторами. Мои эксперименты показали наибольшее сокращение потерь для поликристаллических накопителей в следующих вариациях… — монотонно рассказывал с трибуны сэр Кристофер, глядя куда-то в сторону, себе под ноги, куда угодно, но не на слушателей.

Зал для выступления ему отвели один из самых больших, и этот зал был полон — несмотря на то, что пускали строго участников конференции, а гостей, вроде мисс Лоуренс, не допустили. Да что там мисс Лоуренс — меня пропустили с трудом, напирая на то, что для секретарей и прочего сопровождающего персонала в зале нет мест.

Но я-то прошла, а мисс Лоуренс, хоть и крутилась неподалеку, пробиться внутрь так и не смогла… я ей, конечно, сочувствовала, но не от всего сердца.

В выступлении сэра Кристофера я поняла не больше пятидесяти процентов — и большинство этих процентов скопилось во вступительной и заключительной частях, где сэр Кристофер обосновывал актуальность своего доклада и подводил его итоги. В середине, где шла расчетная часть, профессиональная терминология превалировала, и я понимала лишь отдельные слова.

Я слушала и восхищалась своим работодателем — какой же он умный! А еще отчаянно, с неистовой силой, сочувствовала студентам, которым он когда-то читал лекции.

Впрочем люди, собравшиеся сегодня в зале, явно поняли больше меня, да и слушали выступление с огромным интересом, несмотря на монотонную речь и сомнительную подачу. Все же, не студенты — именитые ученые, маститые артефакторы…

— Грандиозно… нет, это просто грандиозно! — Бормотал себе под нос мой сосед слева, солидный пожилой мужчина с горящими глазами, тучный, с окладистой седой бородкой, и лихорадочно записывал что-то в свой блокнот.

Справа сидел диразиец Дюбардье и тоже торопливо черкал заметки по ходу выступления сэра Кристофера, разве что не бормотал.

Эта увлеченность грела мне сердце — хотя, конечно, моей заслуги в ней не было.