Мастер эфира

Годовой бюджет чиновника средней руки, составлял примерно три тысячи сарс, включая премиальные. У военного того же уровня, майора или капитана было чуть полегче, до трёх тысяч пятисот монет в год, и только если подразделение участвовала в боевых действиях, то выплаты удваивались. Поэтому на войну рвались все, от рядовых до генералов, и желающих отсидеться в тылу не было.

Алексей со своим начальным капиталом в сто тысяч сарс был вполне себе богатым человеком, а специалисты широкого профиля, служившие в его бригаде, уже получили образцы монет, и готовы были по первому требованию отгрузить хоть тонну хоть десять вполне годных к обороту денег. Содержащих нужное количество золота и примесей, с дефектами штампов, и царапинами, которые появляются в процессе оборота.

Приняв ванну, Алексей первым делом отправился к портному, где заказал деловой костюм, парадно-выходной, и вообще всё что полагалось иметь молодому дворянину чтобы не прослыть в столице деревенщиной.

Цвета выбирал приглушённые, от кружев отказался наотрез, а вот вышивку герба на лацкане, одобрил. Кроме прочего, пришёл приказчик от ювелира, который сразу принял заказ на трость, пуговицы, дорожный и настольный письменный набор с личным гербом, несессер, и прочие мелочи.

Вся эта красота обошлась Алексею в пять тысяч сарс с небольшим, но заказ обещали собрать уже к завтрашнему утру.

Не мудрствуя, Алексей взял герб рода Толго, тем поскольку имел на него полное право, да и сам герб был вполне хорош. Кошачья голова на фоне крепостной башни, на скрещённых мечах. И артефактный перстень, переданный ему владетелем Толго как своему наследнику, тут был как никогда кстати.

Начало седьмого месяца – самое благодатное время в Энсоре. Солнце устав палить за жаркое лето, больше светило чем жгло, но вода в Хрустальной только-только согревалась, что и было началом купального сезона в этой ледяной реке.

Алексей, которому быстро подогнали выходной светло-серый костюм из уже раскроенных кусков, прогуливался по набережной, внимательно смотря, слушая и вообще впитывая чужую жизнь…

– А Лисси, представляешь, написала записку мальчику, и пририсовала сердечко! Мама разве можно быть такой распущенной? Её даже классная дама отчитывала. Наедине правда, но мы всё подслушали.

– Подслушивать нехорошо. А ваша Лисси, просто маленькая глупенькая девочка, и она наверняка больше так не будет делать…

– И вот он заходит на поворот, и лопается главный котёл. Хорошо, что ещё защита устояла и паром в небо шибануло. Да и стержень не разлетелся. В общем наш друг Кириг, сейчас в госпитале, а Омири, и Тарил таскают ему вкусняшки из Золотого облака.