Маски сброшены

— Ну хоть по согласию, — хмыкнула покрасневшая Тирна и развеяла диагност. — Никогда не думала, что красно-розовый цвет и пульсация могут так похабно выглядеть.

— После обеда всех тянет на сладкое, — в тон подруге отозвалась Грета.

— Или не совсем, — весело шепнула эйта Краст, — мне кажется, дело в том, что ужин скоро, а аппетита нет. Вот и нагуливают его, как могут.

— Таким образом можно не только аппетит нагулять.

Коридоры сменялись изящными лестницами, затем они прошли малую портретную галерею, где Грета поделилась с подругой популярной дворцовой сплетней:

— Говорят, здесь висят портреты нелюбимых детей. Принцев и принцесс, которых в народе прозвали «запасными».

— Они милые и написаны хорошо, — пожала плечами Тирна и добавила, — знаешь, нелюбимым принцам жилось явно вольготней, чем любимой босоте.

Проводив взглядом темноватые, мрачные портреты, Грета пожала плечами и честно ответила:

— Чего не знаю, того не знаю. Что дальше? Дойдем до скрытого перехода в малую северную башню и в обратный путь?

— Да, и я запомнила за какие двери диагност лучше не бросать, — подмигнула эйта Краст.

Чем ближе они подходили к скрытому переходу — о нем Грете рассказал Дони — тем сильнее замечали, что дворцовая прислуга не приветствует уборку в заброшенной части дворца. И, судя по тому, как чихал Дикки, в ближайшее время им придется все же вспомнить о необходимости уничтожать пыль. По крайней мере дорф искренне и от души пожелал им встретить его среди ночи да при полной луне.

«Учихаются до мокрых штанов», злобно бурчал дорф и брезгливо поджимал лапы.

— Мне вот интересно, пауки уже успели здесь поселиться? Пыли-то я смотрю тут просто-напросто годовой осадок, — покачала головой Тирна. — А ведь помимо того, что они здесь работают, они здесь еще и живут. В каком-то извращенном смысле королевский дворец является домом для, как минимум, тридцати двух служанок. И некоторые из них здесь же и родились.

Грета восхищенно посмотрела на подругу:

— Мне это даже в голову не приходило. А ведь и правда, многие поколениями служат во дворце, от отца к сыну, от матери к дочери. Но, с другой стороны, у себя дома — хочу убираюсь, хочу на лавке лежу.

Согласно покивав, Тирна толкнула последнюю, если верить Дони, дверь. И они действительно оказались в тупичковой гостиной. Одна из стен которой являла собой голую каменную кладку. Что странно, в этой комнате пыли было значительно меньше. Чем воспользовался Дикки и моментально занял наименее пыльную софу. Единственную, скрытую чехлом от пыли, который сам собой сполз на пол.

«Дорфья магия в действии», развеселилась Грета, «Уверенность, желание и необходимость».