Маскарад под луной

Если правда, что он приехал в Эдилин ради нее, разве не должна Софи прежде всего разобраться в себе, понять, чего хочет на самом деле? Остаться с Ридом? Или вернуться к Картеру? Или, возможно, работать скульптором на какой-нибудь киностудии в Лос-Анджелесе? Участвовать в создании нового фильма о Хоббите?

Повернувшись к Риду, она улыбнулась:

— Не знаю.

— Похоже, тебе это нравится, — мрачным тоном заметил Рид.

— У меня есть выбор. Несколько прекрасных возможностей. Я хочу немного подумать, прежде чем решу, что мне делать.

— Но… — начал Рид.

— Прежде всего я должна поговорить с Картером. Наедине. Мне важно знать, зачем он приехал. Нужна ли я ему как женщина, или он преследует воровку. Ради собственного душевного спокойствия хочу уладить вопрос с поваренной книгой.

Рид медленно опустился на диван в гостиной. Софи неожиданно открылась с новой стороны. И эта загадочная, незнакомая женщина ему нравилась.

— А что, если он приехал за тобой?

Софи посмотрела ему в глаза и хотела было солгать, но не смогла.

— Мне нужно подумать. Не знаю, любила ли я Картера на самом деле или нет. Он один из Триборнов, а в городке, принадлежащем его семье, это дорогого стоит. Думаю, окружавшая его аура во многом повлияла на мое отношение. Прежде подростки старшеклассники отпускали сальные шуточки в мой адрес, и вдруг эти же оболтусы стали почтительно придерживать дверь передо мной. Не скрою, мне нравилось это пьянящее ощущение. Оно изменило меня. Изменило мое мироощущение и отношение к себе. Ты понимаешь, о чем я?

— Я понимаю, что ты хочешь сказать, но в Эдилине люди придерживают перед тобой двери из симпатии и дружбы. Потому что ты одна из них.

— Знаю, — согласилась Софи. — Я в этом убедилась. Но еще они помогают мне из-за тебя. — Она посмотрела на Рида с мольбой. — Мне важно удостовериться, что могу сама чего-то достигнуть. Неужели это так трудно понять?

— Нет, не трудно. — Рид поднялся, пристально глядя на Софи. — Я вырос здесь, но решил искать свое место в мире. Скажу правду, Софи. Я люблю тебя. Наверное, полюбил, еще когда мы впервые заговорили по телефону. Будь я пиратом, похитил бы тебя и держал в плену, пока не скажешь, что тоже меня любишь. Если бы мы жили в Средневековье, я предложил бы твоему опекуну воз золота в обмен на право назвать тебя своей. — Софи невольно шагнула вперед, потянувшись к нему. — Но ничего этого сделать не могу, а потому остается только ждать. Знай, я готов на все, чтобы тебе помочь. Но сперва…

Рид притянул Софи к себе, нежно обнял и поцеловал. В этот поцелуй он вложил всю свою страсть, исступленное желание и любовь.

У Софи подогнулись колени, тело обмякло, руки безвольно повисли. И тогда Рид разомкнул объятия, позволив ей упасть на диван.

— Но предупреждаю: я играю не по правилам, — веско произнес он.