Маскарад любовных утех

– Лампа, не переживайте, самоубийства не было. Выяснилось, что Юля переборщила с каким-то успокаивающим лекарством, не помню его названия, приняла повышенную дозу.

– Таблетки вызвали головокружение, сонливость, – перебила ее Света, – Юля подошла к окошку, чтобы свежего воздуха глотнуть, и… выпала наружу. Подоконники там низкие.

– Юля никогда бы не лишила себя жизни, – продолжала Зинаида. – Мы с ней буквально накануне трагедии беседовали, и она мне сказала: «Я наконец-то поняла, что развратила девочку всепрощением, разбаловала ее. Теперь у нас все по-другому. Для начала я сходила к невропатологу и пью успокаивающие пилюли, они помогают. Я больше не рыдаю, не причитаю, слежу за дочерью во все глаза, одну ее никуда не отпускаю. Даже в школе на уроках вместе сидим и спим в одной комнате. Конечно, Куте новая жизнь не по вкусу, но… но я из нее человека сделаю! Я ее переломлю! Я от своего не отступлю! В субботу поеду к диетологу».

Зинаида встала и пошла к буфету.

– Я ее предостерегла: «Сомневаюсь, что хулиганка согласится на ограничения в еде. Девчонка привыкла хватать из холодильника все, что угодно, в любое время». Юля уточнила: «Специалист нужен мне. Одновременно с перевоспитанием дочери я буду заботиться о себе. Не пугайся, я ничем не больна, просто на днях в голову пришло: если я заболею и умру, что будет с Кутей? Мне нужно жить долго, быть здоровой умственно и физически».

Кондитер поставила на стол вазочку с конфетами.

– Согласитесь, разве такой разговор станет вести человек, задумавший совершить самоубийство?

– Маловероятно, – кивнула я.

Кондитерша снова села к столу и продолжила рассказ. Чем дольше она говорила, тем неуютнее я себя чувствовала.

…После неожиданной кончины матери Кутю как подменили, девочка перестала общаться с плохими ребятами, взялась за учебу, убрала пирсинг, стала нормально одеваться, изо всех сил старалась исправиться.

Жители поселка посудачили о смерти Юли и пришли к выводу, что убийца Кутузовой Кутя. Ну да, Юля свалилась вниз под действием успокаивающего лекарства, но из-за кого она была вынуждена принимать его? Сойдясь во взглядах, «кротовцы» объявили девочке бойкот. Кутю не звали ни на чьи дни рождения, при встрече с ней в магазине или на улице соседи кивали и пробегали мимо. Родители запретили детям общаться с ней, в школе Кутя сидела за партой одна. Никто не хотел замечать, как она изменилась.

Зина старалась поддержать дочь погибшей подруги, но заменить ей мать не могла. Однажды Калинина зашла в торговый центр на станции, чтобы купить тетради для сына. У прилавка она столкнулась с Олесей Приходько, дочкой соседей, и заговорила с ней о школьных делах. Минут через пять в канцелярском отделе появилась Кутя, увидев знакомых, она приветливо сказала:

– Здравствуйте.