Маскарад любовных утех

Я поняла, что они с мамой сейчас выйдут, и в кусты шмыгнула. Так интересно стало, о чем болтать будут! Ясно, обо мне, но что скажут?

Я, не отрываясь, смотрела на Олю. Мда… Взрослые люди должны хорошо уяснить, что большинство детей часто подслушивают разговоры старших. А девушка продолжала рассказ…

Юля и Ирина Леонидовна вышли из дома Кутузова и пошли на участок Горской. Им не пришло в голову проверить, не следит ли за ними Кутя, она же, крадучись, следовала за ними. Женщины скрылись в маленьком домике, и Кутя удивилась. Она знала, что там кабинет дантиста, где дядя Миша пару раз ставил ей пломбы. Оля вошла в прихожую, до ее слуха долетел скрип, затем возглас мамы:

– Боже! Это что?

– Сейчас узнаешь, – рассмеялась Горская.

Наступила тишина.

Кутя терпеливо ждала продолжения беседы, но из закрытого кабинета более не доносилось ни звука. Девочка простояла долго, прежде чем решилась осторожно заглянуть в щелку между створкой и косяком. Та часть кабинета, которая была ей видна, оказалась пустой. Не решаясь войти внутрь, она переминалась с ноги на ногу в коридоре, не понимая, что происходит, отчего тетя Ира и мама словно воды в рот набрали. В конце концов любопытство пересилило страх, Кутя слегка толкнула дверь, та приоткрылась шире. В кабинете никого не было. Вот уж удивление! Кутя, разинув рот, от растерянности заглянула под бормашину, приблизилась к подоконнику и по ровному слою пыли на нем сообразила: никто окно давным-давно не открывал. Да и зачем взрослым тетям вылезать таким путем наружу?

В полнейшем недоумении она вернулась домой. Тамара Федоровна уехала за продуктами, мама отсутствовала… Кутя села за уроки и вскоре услышала отчаянный крик со двора. Девочка бросилась на улицу, и ее взгляду открылась странная картина: на дорожке стоит Тата с перекошенным лицом, у ее ног валяются пакеты, из них высыпались покупки. Кутя хотела подбежать к ней, но тут появилась Ирина Леонидовна в халате, с волосами, закрученными на бигуди. Она закричала: «Господи! Упала!!!»

Ольга замолчала, у нее перехватило горло.

Тамара Федоровна встала, обняла ее и сказала:

– Я в тот момент ничего не соображала, мысли путались, и ступор долго не проходил. Я шла от ворот гаража и увидела на земле Юлю. Та лежала со странно вывернутыми руками-ногами, а окно второго этажа гостевого дома было открыто. Меня охватил животный ужас. Дальше лишь отрывки воспоминаний: Горская в халате не пускает Кутю к матери… девочка садится на траву… я уже в доме… врач укол ставит… Утром только в себя пришла, узнала, что Юля выпала из окна, а Кутю отправили в клинику неврозов. Естественно, я навещала там девочку, но она ничего про то, как подглядывала за мамой и Горской, про их таинственное исчезновение из кабинета Михаила никому, даже мне, не рассказала.