Илон Маск

Остроумные вопросы и гневные возражения Маска отражали тот факт, что он не был уверен в том, что хочет идти на сделку. В большинстве случаев это так. Вроде бы. Но его аппетит колебался, а эмоции были противоречивы.

Ему казалось, что он переплатил, и это было правдой. Летом 2022 года расходы на рекламу сократились из-за неопределенности в экономике, а стоимость акций компаний, работающих в социальных сетях, резко упала. В этом году акции Facebook упали на 40%, а Snap - на 70%. Котировки акций Twitter были на 30% ниже предложенной Маском цены в 54,20 доллара, что свидетельствовало о том, что Уолл-стрит не была уверена в том, что сделка действительно состоится. Как учил его отец, когда они посещали парки аттракционов во Флориде, кока-кола, которая стоит слишком дорого, не такая вкусная. Поэтому, отправляясь на встречу с представителями Twitter, Маск думал о том, как заложить основу для выхода из сделки или ее переоценки.

"После того, что они сказали, двигаться дальше невозможно", - сказал он мне сразу после встречи в штаб-квартире Twitter. "Цена в сорок четыре миллиарда долларов требует взять на себя много долгов, как компании, так и мне лично. Я думаю, что Twitter может сойти с рельсов. Возможно, все получится, но по гораздо более низкой цене, то есть буквально наполовину или что-то в этом роде".

Кроме того, у него были большие сомнения в том, что он возьмется за столь сложную задачу. "У меня есть плохая привычка откусывать больше, чем я могу прожевать", - признался он . "Думаю, мне просто нужно меньше думать о Twitter. Даже этот разговор сейчас - не самое приятное времяпрепровождение".

На следующей неделе, около 4 часов утра по центральному времени 13 мая, он опубликовал твит: "Сделка с Twitter временно приостановлена в ожидании подробностей, подтверждающих расчеты, согласно которым спам/поддельные аккаунты действительно составляют менее 5% пользователей". Акции Twitter упали на 20% в ходе предрыночных торгов. Джаред Бирхолл, его бизнес-менеджер, и Алекс Спиро, его адвокат, отчаянно убеждали его отказаться от своего заявления. Они говорили ему, что из сделки можно выйти, но объявлять о своем желании сделать это юридически опасно. Через два часа Маск опубликовал дополнение из четырех слов: "Все еще настроен на приобретение".

Это был один из немногих случаев, когда я видел, что Маск не уверен в себе. В течение следующих пяти месяцев, вплоть до закрытия сделки в октябре, он временами выражал восторг по поводу возможности превратить Twitter в "приложение для всего на свете" с финансовыми услугами и отличным контентом, помогая при этом спасать демократию. В другое время он холодно злился, угрожал подать в суд на совет директоров и руководство Twitter и настаивал на том, что хочет отменить всю сделку.