Илон Маск

Видеоканал погас, и Маск и его команда сразу же поняли, что обе ступени вместе с останками дорогого Скотти падают вниз.

Проблема заключалась в том, что была изменена конструкция системы охлаждения двигателя Merlin, из-за чего он сохранял небольшую тягу даже после выключения. Команда Мюллера испытала новую систему на земле, и в условиях моря она работала нормально. Но в вакууме космоса крошечная струя остаточного горючего подталкивала ракету-носитель вверх на фут или около того.

У Маска закончились деньги, компания Tesla истекала кровью, а SpaceX разбила три ракеты подряд. Но он не был готов сдаться. Вместо этого он решил разориться, причем в буквальном смысле. Через несколько часов после неудачи он объявил: "SpaceX не пропустит ни одного удара при выполнении работ". "Не должно быть абсолютно никаких сомнений в том, что SpaceX достигнет орбиты. Я никогда не сдамся, и я имею в виду - никогда".

На следующий день в конференц-зале SpaceX Маск провел селекторное совещание с Кенигсманом, Буззой и стартовой командой на Квадже. Они изучали полученные данные и прикидывали, как увеличить время отделения, чтобы не допустить повторения столкновения. Маск был в мрачном настроении. "Это был самый дерьмовый период в моей жизни, учитывая то, что происходило с моим браком, SpaceX и Tesla", - говорит он. "У меня даже не было дома. Он был у Джастин". Команда опасалась, что он, как это часто бывает, попытается выделить виноватых. Они приготовились к холодному извержению.

Вместо этого он сообщил им, что на заводе в Лос-Анджелесе имеются компоненты для четвертой ракеты. Постройте ее, сказал он, и как можно скорее доставьте в Квадж. Он поставил едва ли реальный срок: запустить ее через шесть недель. "Он сказал, что мы должны действовать, - говорит Кенигсманн, - и это меня поразило".

По штаб-квартире пронесся заряд оптимизма. "Я думаю, что после этого большинство из нас пошли бы за ним в ад с маслом для загара", - говорит Долли Сингх, директор по персоналу. "В течение нескольких мгновений энергия здания перешла от отчаяния и поражения к мощному гулу решимости".

Карл Хоффман, репортер Wired, который вместе с Маском наблюдал за неудачей второго запуска, связался с ним, чтобы спросить, как он сохраняет оптимизм. "Оптимизм, пессимизм, да что угодно", - ответил Маск. "Мы сделаем это. Бог мне свидетель, я чертовски хочу, чтобы все получилось".

1 февраля 2008 года сотрудникам штаб-квартиры Tesla было разослано электронное письмо. В нем сообщалось: "P1 уже на подходе!". "P1" - это кодовое название первого Roadster, который был запущен в производство. Маск выступил с краткой речью, а затем отправился на Roadster в победный круг по Пало-Альто.

Это развертывание нескольких автомобилей, которые все были установлены вручную, было лишь небольшим триумфом.