Машенька для Медведевых (СИ)

 — Яйца к моей крошке подкатываешь? Совсем охуел? Думаешь, если я не помню ни черта, можно мне лапши на уши навешать! Хрена с два!

Меня люто кроет. Бесит, что брат меня совсем за дебила держит! Я же чувствую, между нами с Машей что-то точно было! Да и она ко мне неровно дышит! Видел, как беспокоилась! И чувства свои не обманешь. Она дорога мне. Я влюблён! Маша мне всю ночь в эротических снах снилась!

А он мне — «делить будем»! Какого хрена я её делить должен?!

Кулак летит в челюсть старшему брату!

Саша не сопротивляется, и это бесит ещё сильнее.

Снова размахиваюсь и пробиваю ему в пятак!

— Что ты с ней делал?! — сам не знаю, почему меня так дико триггерит от этой темы.

В этот момент в голове всплывают какие-то смутные образы.

Маша, брат… и я.

В груди что-то туго стягивается. Я вспоминаю милое, невинное личико Маши и снова ударяю брата.

Голова просто раскалывается!

Мать твою! Да что за хрень!?

Слышу, как сзади распахивается дверь, и…

— Миша! — звонкий голосок звучит взволнованно. — Ты что делаешь?!

Оборачиваюсь.

С порога к нам с братом летит Маша.

Сегодня на ней длинное белое платье-сарафан. В нём она похожа на нимфу…

Порывисто ловлю её, обнимаю, прижимаю к себе и вдыхаю цветочный аромат её волос.

Воспоминания этого запаха встаю яркой стеной. Атакующие мозг образы мелькают перед глазами.

Пытаюсь ухватиться за них, но… они словно выскальзывают!

Сжимаю Машу крепче, снова зарываюсь носом в шелковистых прядях.

Делаю несколько глубоких вдохов, чтобы унять дикое сердцебиение. Я проваливаюсь куда-то в бездну. Не понимаю, что настоящие воспоминания, а что — плод моей обострившейся ревности.

Брат берёт Машу сзади в нашем загородном доме, она сперва вырывается, потом кончает… Я участвую в этом, меня это возбуждает… Чёрт… это же бред какой-то? Это было? Но почему? При каких условиях? Как я мог так относиться к девушке, в которую влюблён?

Зажмуриваюсь, сталкиваю нас лбами.

Обхватываю её лицо в ладони, чувствую, как дрожит…

— Помоги мне вспомнить, — хриплю, умоляя.

— Я боюсь… — шепчет робко. — Боюсь, Миш… может, не надо?

— Ты ни в чём не виновата… ты…

Её нежное дыхание на моей коже. Маша облизывает пухлые губки, и я вторю её примеру. Касаюсь сочной мякоти языком, нежно веду по морщинкам, а потом погружаюсь глубже. Провожу по зубкам, ласкаю её нежный ротик.

Тело простреливает острым потоком эндорфинов.

Прижимаю её к себе и, словно под анестезией, не чувствую боли в перебинтованных рёбрах. Ничего, кроме заоблачного счастья, не чувствую.

Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем я перестаю целовать Машу.