Маша и Медведь. Эророман с пирожками (СИ)

Вторым - делает шаг вперед и закрывает стол своей широкой спиной.

Я быстро сползаю на пол, натягиваю на плечи огромный пиджак “топтыгина” и наблюдаю за молчаливым поединком двух Медведей.

Михаил, оттесняя брата, становится так, что у меня появляется возможность, обогнув стол с другой стороны проскользнуть вне зоны глаз братьев.

Что я успешно и делаю.

И даже незаметно вышмыгиваю за дверь и без шума прикрываю ее.

Тихо на цыпочках, забыв как дышать, бегу по коридору к лестнице.

Опрометью спускаюсь по ступеням.

И вот первая и самая большая незадача...

На площадке между первым вторым этажами сталкиваюсь с мамой-медведицей Настасьей Петровной.

Налетев на женщину, начинаю глупо извиняться.

От волнения заикаюсь на каждом слове.

- Т-там…Т-там…В к-кабине-те Михаила. Он с Иваном. Они…Они…М-могут подраться, - выдыхаю то, что мне кажется главным.

Настасья Петровна смотрит на меня милейшим взглядом. Протягивает бутылку воды.

- Я не пила. Вот. Выпей и успокойся, Маш. Эка, невидаль Ванька с Мишкой подерутся. Они с малышей на кулачики друг на друга ходят и носы свои квасят, - хмыкает с улыбкой медвежья мама. - А ты чего такая румяная и заполошная?

- Я? Я это…Пирожки с чаем относила, - мямлю, кусая губу.

Понимаю, что выгляжу на самом деле подозрительно и смешно. Хотя вот самой не до смеха совершенно.

- Зачем относила? Могла бы бармена попросить или официанта. На худой конец поручила бы это Зинаиде. Она на то и управляющая, чтобы такие вопросы решать, - приподнимая красивую бровь, не скрывает удивления “мама-медведица”.

- Ага, - соглашаюсь, быстро и жадно глотая воду из бутылки.

Пью так, словно только что вернулась из пустыни.

Мама “топтыжек”, смотрит на меня с лукавым интересом, который даже не пытается скрыть.

- С-спасибо! - выдыхаю, выпив залпом все пол литра.

- Машуль, а ты чего в Мишкином пиджаке? - будто между делом, словно ее это мало интересует, уточняет Настасья.

- А это? Это…Ну…Ага…Михаил Михайлович дал. У меня это.., - снова глупо мямлю.

Понимаю, что в данной ситуации лучше сказать правду, чем придумывать какую-нибудь еще более нелепую причину.

- Я стала ставить поднос с блюдом и чаем на стол. Ну…И тут…

На меня нападает “хи”, потому что вспоминаю, как со звуком “чпок” отскочили пуговицы и отлетели в неизвестном направлении.

- Китель, когда шили, я сразу сказала, что он мне в грудях туговат. В натяжку прямо. Только кто меня слушал. Вот пуговицы и отскочили.

В подтверждение слов распахиваю пиджак среднего Медведя.

Мама-медведица опускает глаза и не сдерживает улыбку.

Следую за ее взглядом и вижу на своих грудях красные отметины от пальцев Михаила и огромный алый засос. Будь он неладен!

- Извин-ните, т-так н-неловко п-получилось, - снова заикаюсь, запахиваю полы пиджака, не зная куда от стыда деть свои глаза.