Империя на марше

- Один-один, - подвел итог нашему противостоянию я, - а я побежал в райисполком.

- Зачем? – спросила она.

- Регистрировать киноклуб и кафе, - ответил я и скатился по лестнице.

Райисполком у нас стоял на углу Школьной и Ильича, а перед ним, как несложно догадаться, имела место скульптура того самого Ильича. В пальто. С протянутой вперёд рукой. Жуткий соц-арт… в смысле социалистический реализм. Ладно, заходим.

С трудом отыскал нужную комнату и нужного человека, тот битых пять минут выслушивал мою скомканную речь про новые экономические реалии и методы хозяйствования в переходный период, а потом уверенно заявил:

- А зачем тебе, мил человек, какие-то новые организации для этого? У вас же есть зарегистрированное и оформленное по всем правилам Товарищество, верно?

- Есть, - осторожно согласился я, - по всем правилам есть.

- А в уставе у него есть пункт о занятии хозяйственной деятельностью, так?

- Точно, - ещё осторожнее продолжил я, - в рамках своей компетенции.

- Ну так и киноклуб этот, и кафе, если они не вылезают за периметр вашего ТСЖ, вполне входят в рамки этой компетенции, так что дуй назад, открывай своё кафе и сюда больше не ходи, и без тебя голова болит от забот.

Флешфорвард-4. 4 июня 1983 года, вечер"

"Если коротко, то и все остальные пункты нашего хитрого плана под названием «Спасти Александра Суворова» полетели под откос, как фашистский железнодорожный состав, подорванный суровыми белорусскими партизанами. Ну сами посудите – старпом Митенков хотя и оказался в радиусе доступности, его каюта на нашей же палубе была, метрах двадцати от нашей каюты, но был он, граждане, на больничном и ни на какую вахту заступать не собирался. А как себя поведут капитан с другим помощником, даже я со своим послезнанием сказать ничего не смог бы. Но ещё матрос Уваров оставался, и я его даже сумел отследить за эти несколько часов между обедом и ужином (после которого собственно и начинались танцульки с киношками на самой верхней палубе), но ни повредить ему что-либо, ни напоить не было никакой физической возможности – он безвылазно спал в общей матросской каюте под названием «кубрик» и выходить оттуда не собирался вплоть до начала своего дежурства.

- Что делать-то будем, товарищ жена? – открыл я экстренное заседание военного совета, - на часах уже семь вечера, сейчас ужин, потом танцы, потом сама понимаешь что…

- У нас ещё пожарная тревога в запасе осталась, - напомнила она.

- Точно, хотя бы что-то в запасе есть, это радует… что и как поджигать будем?

- А разве нельзя просто кнопку где-нибудь нажать без поджигания? – логично предположила она, - возни меньше и риска, что поймают, тоже…

- Да, меньше… но тогда быстро разберутся, что к чему и через полчасика вернут народ на верхнюю палубу.