Маршал Победы. Освободительный поход «попаданца»

– Кстати, а почему Союз скрывает этот источник от своих? Ведь, судя по найденной вами информации, о нем знают не все.

– Внутрипартийная борьба, – пожал плечами лорд Иден. – Партия ведь неоднородна. Вот и грызутся.

– Разумно, – кивнул Уинстон Черчилль. – И что вы предлагаете?

– Полагаю, что Тухачевский кроме роли свадебного генерала нужен еще и в качестве приманки для нашей разведки. Поэтому его лучше просто не трогать. Вообще. У нас и так мало агентов в Союзе. Совершенно незачем их так неразумно терять. А вот с охраняемыми объектами большой вопрос. Нам нужно выяснить, что там находится. Пусть даже частично. Воздушная разведка мало что даст. Выдвигать своих людей тоже чрезвычайно рисково.

– Поэтому я предлагаю через Канариса передать эту информацию Гитлеру. В конце концов объяснить появление английских разведчиков возле этих объектов мы не сможем, а немецких – вполне. Они не вызовут ни у кого лишних подозрений. Заодно это поможет адмиралу оправдаться за провал первых дней войны. Поговаривают, что Гитлер в ярости. Канарис усидел в своем кресле чудом.

– Хорошо, – кивнул Уинстон Черчилль. – Действуйте. Но о каждом шаге докладывать мне.

Часть 1. Первые раскаты грома

Если человек не оправдывает наших ожиданий, виноват не он, а наши ожидания.

Гальдер задумчиво курил, наблюдая за тем, как струи дыма уплывают вверх, превращаясь под потолком в какое-то сплошное марево. Война началась совсем не так, как они предполагали. Нет, в глубине души он понимал, что Канарис всех водил за нос, но масштаб предполагаемой трагедии его совершенно выбивал из колеи и лишал работоспособности. Да что уж стесняться, вся эта война стала превращаться в грандиозную трагедию буквально с первых минут.

Никакого безумного и тупого сопротивления сумасшедших фанатиков не наблюдалось. Напротив, советские войска вели себя на удивление странно. Не ввязываясь в долговременные перестрелки, пограничные войска били и отступали, устраивая бесконечные засады, взрывали мосты, минировали дороги, броды и переправы. В общем, делали все для замедления продвижения войск. И эти бесконечные спорадические обстрелы, наводящие настоящий мор на офицеров и водителей автомобилей всех мастей? Войска с огромным трудом продвигались вперед, буквально продираясь через неподатливое тело Советского Союза. И стремительно выдыхались, теряя с каждым часом, с каждой минутой силы и волю к победе. Но если бы так было печально только на земле, еще можно было смириться, но в воздухе дела складывались не лучше, мягко говоря. Хваленые Люфтваффе не стали лучше со времен Французской кампании… совсем. Да и у русских откуда-то взялись весьма многочисленные самолеты, превосходящие по возможностям на голову, а то и на две весь германский авиапарк.