Марш обреченных

Сами понимаете, какой-то мудрила откопал, что у меня родственники за границей, да ещё и с сомнительным прошлым. Так что пришлось мне учить мартышек военному делу надлежащим образом, как завещал великий Ленин, как учит Коммунистическая партия."

"– Ясно, – хмыкает Борис Афанасьевич. Мне очень хорошо понятна эта усмешка. Ветерану отдела активных действий все политические и религиозные концепции интересны лишь с точки зрения соответствия или несоответствия их условиям решаемой задачи, причем в каждый отдельно взятый момент. Нам с Валерой такой подход к делу до боли близок. При желании, любой из нас способен разработать стройную политическую ли, религиозную ли теорию менее чем за один день. Лишь бы это было необходимо. Поэтому отношение к партийным и религиозным лидерам в среде спецслужб устойчиво и неизбывно: у нас не любят шарлатанов и дармоедов.

Однако показательные выступления сменяются трудовыми буднями, и вот мы сидим с Баландиным и ещё парой провожающих в ожидании рейса № 273 «Москва-Ницца». Я слушаю последние напутствия генерала и уже в который раз поминаю добрым словом проницательность капитана Бирюкова, вычислившего наш маршрут. Сам он уже показывался в зале ожидания, демонстрируя свою готовность к проведению операции «чемоданчик». Однако ещё рано.

– … В Ницце, выйдя из здания аэропорта, движетесь на автостоянку.

– Где автостоянка? – с деловым видом интересуюсь я.

– Выйдешь – увидишь. Мимо не пройдешь, не волнуйся. На стоянке найдете синий микроавтобус «Рено Трафик»

– Номера?

– Слушай меня, – возмущается Баландин, – я все, что нужно, скажу. Номера тебе не нужны. На борту микроавтобуса надпись «Шартан комуникасьон» и адрес с телефонами. Водитель знает, куда вас везти. Дальнейшие инструкции получите от него. Вопросы есть?

Вопросов нет. Ничего больше сказанного генерал нам сообщить не собирается, а любопытство в наших стройных рядах не поощряется.

– Тогда с Богом, – он протягивает мне золотую кредитную карточку «Американ-экспресс» – На, держи. Зря не транжирь. Это на вас обоих. По возвращению отчитаетесь.

По возвращению? Звучит заманчиво! Не волнуйтесь, отчитаемся непременно. Вот, наконец, служебно-доброжелательный голос, доносящийся из динамика, приглашает пройти на регистрацию пассажиров рейса № 273, жаждущих посетить живописные курорты Французской Ривьеры.

– Ну что, ребятки, двинулись в путь-дорогу.

Мы встаем, я подхватываю стоящий у моих ног кейс из крокодиловой кожи и просительно смотрю на Баландина.

– Борис Афанасьевич, мне бы…

– Дотерпелся! Ничего, потерпи еще. В самолете свои дела сделаешь. – Он смотрит на мое страдальческое выражение лица и, вздохнув, соглашается. – Ладно. Иди, засранец. Только поживей двигай поршнями.