Скажи маркизу «да»

Добравшись до дна, он увидел маленькую деревянную шкатулку, в которой хранились письма Клио. Рейф мысленно усмехнулся. Он только что решил забыть о ней, но она преследовала его даже здесь.

Да-да, Клио была с ним везде, разве не так? И не важно, сколько раз он менял адрес. Долгие годы она отправляла ему эти послания – одно-два в месяц. Рейф складывал их в шкатулку. Он не перечитывал их, но и избавиться от них тоже не мог – хранил как милые воспоминания.

– Итак… – О’Мэлли вернулся. – Начнем?

– Через несколько минут.

Рейф опустился на стул, заказал себе пинту портера, послал бутылку вина «леди», которой предстояло провести ночь одной, а потом занялся тем, чего не делал уже очень давно: начал читать письма. Почти все послания Клио были короткими записками, в основном – приглашениями, иногда содержавщими семейные новости. Но все эти новости давно устарели и не имели особой важности.

«В следующий четверг мы устраиваем званый обед. Если у вас нет никаких планов на этот вечер, будем рады вас видеть».

«Примите самые теплые поздравления с днем рождения от всех членов семьи Уитмор».

«Я получила письмо от Пирса и взяла на себя смелость переписать те его части, которые могут вас заинтересовать. Мы проведем весь август в поместье моего дяди в Хартфодшире. Будете неподалеку – заезжайте».

Рейф перебирал одно письмо за другим, вчитываясь в каждое слово – от приветствия до прощания. Когда же он, закончив чтение, протер уставшие глаза, небо уже потемнело.

Все эти послания были очень короткие и вроде бы – совершенно ничего не значившие. Но, прочитанные одно за другим, они оказывали сокрушительное воздействие. Когда он окончательно разругался со старым маркизом, двери родительского дома оказались для него закрыты. Другие члены семьи и знакомые из высшего общества тоже перестали его приглашать – все, кроме Клио. Она снова и снова пыталась достучаться до него, никогда не позволяла удалиться слишком далеко, и всегда была готова принять его, – когда бы он ни вздумал появиться. Но, конечно, она не могла знать, что это для него значило. А он никогда не пытался ей это объяснить.

Ирония судьбы! В юности Рейф никогда не чувствовал себя членом семьи, но чем старше он становился, тем отчетливее видел унаследованные им черты Брандонов. Честолюбие, гордость и упрямое нежелание признавать какие-либо чувства до того, как становится уже слишком поздно…

Он с трудом подавил гнев. Что ж, с прошлым все ясно – его уже не изменишь. Да и он сам тоже уже не изменится. Увы, он не тот человек, который нужен Клио. И даже если он вернется в общество, скандал всегда будет идти за ним по пятам. Причем дело не только в сплетнях.