Черный маркиз

Однако этой ночью их, несомненно, посетила настоящая любовь, которая существует в этом мире. Всепоглощающая и совершенная. Она будет жить в них, окончательно изменив их прежние отношения.

Родгар снова поцеловал ее — долго, нежно.

Поддавшись необъяснимому порыву, Диана сняла с указательного пальца большое кольцо — кажется, с сапфиром или, может быть, с другим драгоценным камнем — и, взяв левую руку Родгара, надела на его мизинец.

Он посмотрел на голубой камень, затем поцеловал ее палец и с волнением перевел взгляд на ее лицо. Возможно, она чувствовала, что ей не следует делать этого, но не могла устоять перед импульсивным желанием.

Они не могли пожениться, но могли бы оставаться любовниками, если вести себя очень осмотрительно. Впрочем, нет. В конце концов будет невозможно избежать появления ребенка…

Родгар продолжал держать ее в объятиях, наблюдая, как к ней подкрадывается сон. Со спутанными волосами, приоткрытыми губами и длинными ресницами она была похожа на утомленного ребенка. Позади был длинный трудный день, полный волнений и опасности, и теперь она наконец могла отдохнуть.

Убедившись, что Диана крепко уснула, Родгар высвободил свои руки и уложил ее голову на подушку. Прежде она казалась совсем юной, но сейчас он видел ее волевой подбородок и все ее тело энергичной сильной женщины.

Поистине весьма замечательной женщины.

Он думал о ней вот уже целый год. Диана казалась Родгару избалованным своевольным ребенком, и ему очень хотелось узнать, как она поведет себя в момент настоящего испытания.

Сегодня он узнал это.

Просто великолепно."

"Родгар посмотрел на голубой камень, который переливался в золотой оправе. Сапфир защищал ее от опасностей, и это кольцо было подарено не только ради любви, но с целью защиты от всех бед. Оно было символом ее преданности и доверия.

Поднеся кольцо к своим губам, Родгар посмотрел на Диану и вдруг понял, что перед ним его судьба.

Кажется, Сафо сказала, что теперь он должен ощущать некую пустоту, так как уже нет необходимости заботиться о членах своей семьи. Нет. Эта пустота в его душе присутствовала всегда, прикрываемая либо каждодневными заботами, либо мимолетными связями с женщинами. Сам того не подозревая, он жаждал настоящей любви и близких доверительных отношений. Забота о родных была не долгом, а лишь поводом для отказа от создания собственной семьи.

Но сейчас он испытывал искушение нарушить свой обет.

Ночью он дважды произнес слово «любовь» и надеялся теперь, что Диана не заметила этого.

Он поддался страсти, с которой теперь ему придется долго бороться, чтобы снова обрести хладнокровие и привычное высокомерие.

Однако его терзала мучительная потребность настоящей любви.