Ключи Марии

За три оставшиеся до пятницы дня Бисмарк наверняка успеет организовать свой «греческий тур» или хотя бы купить авиабилеты! Чтобы в пятницу вечером или в субботу утром уже отправиться на далекий, теплый остров, где его ожидает еще не подозревающий об этой скорой встрече седовласый и седобородый Георгий Польский, окутавший своей таинственностью не только мысли Бисмарка, но и всю его нынешнюю жизнь!

Уже дома на кухне возбуждение предстоящей поездкой в Грецию у Олега сменилось волнением. И не по поводу спящей на диване Рины. А вдруг старик не захочет с ним говорить? Вдруг он вообще пошлет его подальше? Что тогда? Да и действительно! Что бы делал сам Олег, если бы к нему на улице вдруг подошел незнакомый и стал задавать вопросы о его прошлом? Тем более вопросы, касающиеся чего-то самого сокровенного, самого важного в жизни? Да Бисмарк бы просто послал бы его на хер! С какой стати он должен говорить с незнакомцами о себе и о своем?

Эти сомнения отвлекли Олега от поиска в интернете дешевых авиабилетов. Заставили задуматься.

Если бы Клейнод не сгорел в своем подвале, можно было бы его попросить написать Польскому записку или письмецо-рекомендацию! Мол «так и так, Георгий Георгиевич, я Олежку Бисмарка знаю хорошо, он мне не раз помогал, кормил меня, нищеброда, пельменями и поил кофе! Поэтому прошу отнестись к нему и к его вопросам благосклонно и терпеливо и по возможности удовлетворить его любопытство! Тем более, что посылку, которую вы когда-то переслали моему отцу, я передал на хранение Олегу. Так как сам я уже дряхлый и старый и дни мои почти сочтены…»

Бог его знает, написал ли бы старик такое письмо, но теперь-то уж точно не напишет!

Бисмарк пожевал губы, задумавшись.

– А может, подделать такое послание? – подумал. – Как бы от имени Игоря Витальевича Клейнода?

И сам же отрицательно мотнул головой.

– Нет, это глупо! Надо быть честным, только тогда можно всё узнать, на все вопросы получить ответы…

Вместо сайта «Expedia» Олег вывел на монитор фотографию археологов.

А может, все-таки и Польскому залепить, что он пишет книгу про киевских археологов? Ведь все, кому он это говорил, поверили!

Олег увеличил лица тогда еще молодых коллег и их еще более молодого «куратора» из КГБ. Взгляд сам ушел на Ваврикова. Он еще не показал эту фотографию Рине. Она уже засыпала, когда он вернулся домой. Но сомнения не было: ее «дядя Игорь» и есть этот «ИОВ», про которого Польский писал в письмах Клейноду-отцу – Игорь Олегович Вавриков. Их, значит, осталось теперь в живых только двое! Польский и Вавриков! И Вавриков явно хотел получить от Клейнода ту самую посылку, которая теперь лежит поверх навесного кухонного шкафчика тут на кухне. Посылку, в которой спрятан ключ.