Ключи Марии

– И что же ты мне принес? Говяжью печенку? – спросил старик, впуская гостя внутрь.

– Лучше! – Олег вдруг почувствовал себя богом, который сейчас совершит чудо – излечит неизлечимого.

Он достал из кармана фантик-конверт и протянул Игорю Витальевичу.

– Оно? – удивился тот.

– Думаю, что да! Случайно нашел!

– Ага, случайно! Так я тебе и поверил! – хитро усмехнулся старик и с бумажным квадратиком в руке отошел прямо под лампу."

"Его пальцы дрожали, но он старался их контролировать. Развернув «фантик», он засмотрелся на несколько мелких белых кристалликов и порошинок. Олег даже не заметил, когда он успел надеть на нос очки. Теперь все внимание старика было сосредоточено на этом едва ли имевшем физический вес волшебном «созвездии». В какой-то момент старик поднял взгляд на гостя, но потом снова опустил его на развернутый фантик, наслюнил палец правой руки и собрал мокрым пальцем весь порошок с кристалликами. После этого поднес палец к очкам и тут же опустил к губам. Облизал его несколько раз.

Губы Клейнода беззвучно шевелились пару минут.

– Спасибо! – наконец произнес он. – Не ожидал. Ты хороший парень, Олежка. Жаль, что молодой.

– Почему жаль? Мне не жаль.

– Нет, это я о другом, – извиняющимся тоном продолжил старик и замолк. – Может, чаю?

– Сходить? – Бисмарк понял традиционный намек Клейнода.

– Нет, сегодня есть! – с гордостью ответил он и показал рукой на тумбочку возле плиты и газового баллона.

Металлическая подарочная чайная шкатулка, стоявшая на тумбочке, стоила гривен триста-четыреста. Олег засомневался, что старик мог сам себе купить такой чай, ведь его покупательские привычки и вкусы отличались простотой и минимализмом.

– Подарили? – осторожно поинтересовался Бисмарк.

– Ну да, можно и так сказать… Парень из «Института-архива» приходил, надо было подписать бумажки о ликвидации…

– Сюда приходил? – перепугался Олег.

– Нет, что вы. Кроме вас и бомжей об этой квартире никто не знает! – замахал на гостя руками старик. – Нет, я его там принимал! – он кивнул на потолок. – Наверху.

– А вы читали то, что подписывали?

Клейнод отрицательно мотнул головой.

– Очень мелкий шрифт! Но слово «ликвидация» я разобрал.

Пока чай заваривался, в подвальной комнатке царила тишина. Олег сидел за столиком и поглядывал на лампу без абажура, которая вместе с лампочкой, свисавшей с потолка, освещала всю эту небогатую обстановку и почти не освещала большой деревянный сундук с двумя навесными замками.

– Это Коля или не Коля? – думал он и сам себе удивлялся: почему он не смог как-то исподтишка сфотографировать «брата» Рины, чтобы можно было показать старику.