Колдовской огонь Марены

Над ней расцвел огненный цветок. Сначала появился небольшой бутон, затем один за другим раскрылись огненные лепестки. И вскоре над его ладонью завис цветок небывалой красоты, сотканный из чистой огненной магии. Макс протянул мне тонкий стебелек. Брать в руки огонь было немного страшно, но я напомнила себе, что я тоже огненный маг, и уже смелее протянула руку.

Огонь Макса на ощупь оказался, словно сотканный из скользящего атласа, при этом он нежно льнул к моим пальцам, ласкаясь словно котенок. Совсем не такой, как щиплющиеся огоньки других огневиков с моего факультета. Я попробовала втянуть его в себя, как это делала с моим собственным колдовским огнем. Огненный цветок послушно впитался в мою ладонь, а по всему телу разлилась необыкновенная легкость, словно пузырьки шампанского.

Максимус внимательно следил за моими действиями, и стоило последней искорке исчезнуть в моей ладони, довольно так улыбнулся, словно Матвей после миски сметаны, и продолжил.

— К тому же мой дядя судит человека не по его богатству, а по его делам! Ты ему определенно понравишься!

— Расскажи мне еще о себе. — Попросила я.

Парень положил голову мне на колени, я сама не заметила, как моя рука оказалась в его волосах, перебирая пряди, среди которых то и дело попадались ярко алые, они словно передавали сущность огненной стихии этого невероятного огневика.

Он рассказывал мне о своем детстве. Его дядя часто пропадал на службе, воспитанием мальчика занимались гувернеры и многочисленные учителя, обучавшие его на дому. Но как только мальчик немного подрос, его отдали в школу с военным уклоном. Уже тогда было понятно, что он обладает огненной стихией и будет боевым магом. В школе было весело, не то, что в большом доме дяди, где нужно было соблюдать строгий этикет. И как только магия проявила себя в полную силу, Макс поступил в магическую академию.

За разговорами мы не заметили, как начало темнеть. Пора возвращаться, а так не хочется!

Свернув плед, положили его вместе с опустевшей бутылью из под компота в корзинку, и отправились обратно, к зданию академии. Стоило выйти на дорожку, Макс взял меня за руку. Моя ладошка утонула в его большой горячей ладони. И от этого стало так тепло и спокойно душе, словно вот так и должно быть.

Подойдя к широкому мраморному крыльцу, я мысленно спросила у Матвея, что там Роза?

— Дрыхнет! — Был краткий ответ кота.

Ну, что ж! Хотя бы до утра я свободна от расспросов моей неугомонной подружки. Почему то сегодня делиться вот этим теплым чувством в груди совсем не хотелось.

Проводив до двери женского общежития, Макс поднес мою руку к губам, и легко поцеловал кончики пальцев. В его таких близких глазах опять заплясали золотистые искры. Парень быстро выпрямился.