Марджорис

Навернувшиеся на глаза слёзы так и не пролились, заставив её поверить, что ей таки становиться легче. Она продолжает жить. несмотря ни на что.

— Скажите, принцесса. А примет ли Источник другого короля, не потомка вашего рода?

— Мне всегда говорили, что лишь наша кровь может принять и обуздать его силу. А почему вы спрашиваете?

— Просто размышляю. Это в принципе то, что и мне известно, только хотел уточнить. Насколько я знаю, Источник, это мощнейший артефакт, дарованный богами вашему предку и завязанный на кровь вашего рода.

— Артефакт? — непонимающе уставилась Рисса на собеседника.

— Ну его можно и так назвать. Вопрос в другом. Если Источник не примет другого правителя, на что рассчитывают заговорщики?"

"Принцесса в недоумении хлопнула глазами. Открыла рот, порываясь что-то сказать, потом закрыла, так и не найдя слов. А ведь действительно. Именно они с братом были последними наследниками рода, рождёнными правящей королевой, с рождения принявшие в себя крупицы силы Источника. Если их не станет, кто же тогда сможет принять власть?

— Мне ничего не известно о других наследниках. Я с детства привыкла считать, что мы с братом единственные.

— Но ведь теоретически возможно, что есть ещё кто-то. Скажем, рождённый вне брака, — осторожно заметил княжеский советник.

— Мама была верна отцу! — резко бросила Рисса, неспособная даже допустить мысль о подобной возможности. Это немыслимо! Кощунственно! Ужасно! — Да и как она могла бы скрыть внебрачного ребенка, беременность?

— Несомненно, для правящей королевы это затруднительно, — примиряюще улыбнулся дан Айсар. — И я ни в коем случае не намекаю на вашу мать. Но ведь ваш дед был мужчиной и насколько мне известно, не чурался женского общества.

— Я ничего такого не знаю, — сухо ответила, раздосадованная и, что уж скрывать, смущенная данным разговором, принцесса.

— Тут ничего удивительного нет. Внебрачные связи — это не то, о чём будут просвещать юную девушку.

Ей было неприятно думать в таком ключе о своей семье. Но мысль уже зацепила, и принцесса поневоле пыталась вспомнить всё, что знала о покойном короле Вэлиаре. Мама рассказывала о нём немногое и у принцессы сложилось впечатление, что они были не очень близки.

— Это всего лишь домыслы, — она постаралась говорить ровным спокойным тоном, не выдавая внутреннего смятения. Как бы ни неприятен был ей этот разговор, Рисса не могла не признать, что благодарна за откровенность.

— Несомненно, ваше высочество, — скупо дёрнул губами её собеседник, не став больше развивать данную тему.

Конечно, по здравом размышлении, она понимала, что такая вероятность действительно была возможна.