Марджорис

Пристальные пламенные взгляды от одного и неловкое смущение и нервозность от другой. — Тебя расстраивает его внимание?

Рисса вскинула взгляд на него. Неужели заметил? Хотя проницательности брату не занимать, как и внимательности. Поэтому, вздохнув, она молча кивнула.

— Почему? Он тебе неприятен?

— Нет, — пожала она неловко плечами. — Коммодор не вызывает во мне неприязни. Я уважаю его как человека и твоего друга. Но это всё. Мне приятен его интерес, но ответных чувств я не испытываю.

Принц ещё мгновение рассматривал сестру. Жаль. Это был бы замечательный союз. Видя увлечённость Йена, он, по правде говоря, надеялся, что из них может выйти замечательная пара. Хотя, ведь ещё ничего не потеряно. Рисса — совсем девочка. В свои восемнадцать она порой поражала умом и рассудительностью, но всё равно оставалась наивным ребёнком во всём, что касалось отношений, больше придавая значения образованию. Так что друг ещё имеет все шансы пробудить ответные чувства в маленькой принцессе. Но это всё потом. Сейчас нужно встретиться с матерью.

— Пойдём, Рисса. Мама, ждёт нас. — Он мягко увлёк девушку за собой. Постучал и, услышав тихое ""Войдите"", решительно открыл дверь.

— Вы звали нас, ваше величество?"

"Королева всё так же сидела за своим столом, а перед ней лежали какие-то документы и карты. Коммодор как раз склонился над одной из них и что-то изучал. Стоило им войти, он резко вскинул голову, кивком поприветствовав принца, а потом его пристальный взгляд остановился на принцессе. Фелисианна тоже посмотрела на своих детей, её глаза теперь казались ещё более стеклянными и бездушными. Рисса вздрогнула, Фрид застыл. Аура матери полыхала чёрной бездной, которая голодным зверем заглатывала энергию, оставляя вокруг себя холодный ужас и тьму. Молодой маг почувствовал, как всхлипнула рядом сестра, и судорожно накрыл обоих щитом, притягивая её к себе в немой поддержке.

— Мама? Что происходит? — теперь принцу стало заметно и, как на виске коммодора бешено пульсирует жилка, и как искажается пространство, подчиняясь невообразимой и почти неконтролируемой мощи. Королева закрыла глаза, по бледной, до синевы, щеке поползла солёная капля слезы. Она всё ещё пыталась обуздать рвущуюся наружу силу, но явно проигрывала в этой неравной борьбе.

— Не снимай щиты. Я уже почти себя не контролирую, — измученно прохрипела Фелисианна. — Мне нужно успеть всё вам рассказать… Фрид, в королевстве заговор. Кто-то пытается захватить власть, используя эпидемию чёрной гнили. Сегодня… — она сглотнула, по телу прошла судорога, вырвав из горла глухой стон. Рисса рванулась к матери, но брат крепко сжал её плечи, удерживая на месте. — Нет, девочка моя, не подходи, это опасно! — измождённая женщина перед ними, казалось выгорала изнутри.