Марджорис

И действительно, они беспрепятственно сначала поравнялись, а потом проехали между двумя стражниками, что стояли по обе стороны ворот, сжимая в руках по посоху, в навершиях которых ровным голубым светом горели магические кристаллы. Ничего не произошло, кристаллы никак не отреагировали и не поменяли цвет. Рисса осторожно выдохнула, только теперь поняв, что всё это время задерживала дыхание.

— Вот видишь. Нас никто не заметил. Сейчас пополним запасы и уедем через восточные ворота. Рисковать и оставаться в городе на ночь не будем, тем более до вечера ещё далеко, — Кас говорил ей всё это, внимательно следя за происходящим вокруг."

"Девушка некоторое время наблюдала за ним, а потом перевела взгляд на Зака. Братья выглядели собранными и настороженными. В их чертах теперь действительно прослеживалось что-то хищное и от высоких мощных фигур веяло опасностью и силой. Увидь она их такими в первый раз, скорее всего сразу бы поняла с кем имеет дело. По крайней мере, ей хотелось так думать.

Улицы города, по мере их продвижения, становились всё более людными. Рисса предположила, что они едут к рыночной площади, так как там легче всего было скупиться в кратчайшие сроки. Пользуясь тем, что ей не нужно управлять лошадью, девушка рассматривала все вокруг, поддавшись любопытству, так как раньше этот город ей посещать не доводилось. Паонэш не сильно, но всё же отличался от Бастэны. Улицы казались более узкими, тогда как дома не жались друг к другу так сильно, как в столице. Красные черепичные крыши и в основном светло серые, почти белые стены приятно радовали глаз. Но в общем на улицах царила какая-то беспокойная давящая атмосфера. Это ощущение усилилось ещё больше, когда они выехали на площадь.

Вроде и кипела жизнь, все были заняты своими делами, торговцы зазывали покупателей, горожане сновали между рядами, рассматривая товары, но лица были какими-то нерадостными и даже угрюмыми. Рисса поневоле задержала дыхание, сдерживая нервную дрожь. Она остро ощущала всеобщую подавленность и даже скорбь, уже понимая, что Паонэшцы знают о смерти королевы. Её мать любили в народе. Королеву Фелисианну почитали, как мудрую и справедливую правительницу. И даже эпидемия чёрной хвори не пошатнула веры людей в свою королеву.

Погруженная в свои мрачные мысли, девушка не сразу заметила, что они остановились на краю площади возле таверны, на вывеске которой ощерилась нарисованная морда непонятного вида, а надпись гласила ""У хромого медведя"". Зак уже спешился и привязал поводья своего коня и Тумана к перекладине со специальными кольцами. Помимо их лошадей здесь уже стояло несколько. Рисса с некоторым сомнением рассматривала широко распахнутую дверь, невдохновлённая названием.