Марат

Он покидает разгоряченную плоть, не достигая разрядки. Головка вздыбленного члена упирается прямо между ягодицами, надавливает на единственную точку. Вынуждая захлебнуться враз раскалившимся воздухом.

Только не туда. Нет, нет, нет. Нет! Пожалуйста, умоляю.

Я не говорю ничего вслух. Не смею. Я цепенею, обмякаю, расползаясь по стеклянному столу. Смежаю веки. Мечтаю очнуться в другом месте. Где угодно. Прошу. Не здесь. Не при них. Не так.

Мои губы движутся. Едва. Немой протест.

Я чувствую медный привкус во рту. До дрожи отчетливо. Расплавленный свинец струится по жилам, обдает кости адским жаром.

Марат сжимает мою задницу. Приподнимает. Так, что ноги отрываются от пола, теряют опору. И нанизывает на закостеневший от вожделения член. Неспешно, неторопливо.

Он берет меня этим извращенным образом. Невыносимо долго. До жути медленно. Обращает процесс в жестокую экзекуцию. Упивается каждой секундой. Растягивает, натягивает на затвердевшую плоть. Отнимает всякий выбор.

Марат овладевает мною. Целиком и полностью. Рушит последние иллюзии. Сокрушает миражи. Отбирает надежды.

Боль раскалывает тело. Разламывает на части. Вгрызается как зверь. Жадно раздирает на куски. В клочья.

Дергаюсь. Отчаянно. Лихорадочно. Закричать не удается. Вопли забиваются в груди, в напряженно выгнутом горле.

Свет ослепляет. Или это просто мои слезы? Жгучие. Разъедающие глаза кислотой. Выжигающие в душе клеймо.

Слишком ясно вокруг. Ярко. Слишком светло.

Это не пекло. Не преисподняя. Не ад.

А что тогда?

Мой мужчина берет меня. Как животное. При всех. Имеет, как самую дешевую проститутку. В каждое доступное отверстие.

Мой?

Нет. Никогда.

Чужой. Жестокий. Жуткий. Посторонний. Монстр. Зверь, не различающий никаких преград. Такой загрызет насмерть и даже не заметит.

Он выламывает мой хребет. Здесь. Сейчас.

Блеск стали режет глаза.

Я вижу отражение в прозрачном стекле. Странное. Необъяснимое. Пугающее. Я почти лишаюсь сознания. Почти. Но не совсем. Мне так не повезет.

Смежаю веки. Разлепляю. Еще и еще. Картина остается прежней. Ничего не меняется, не проясняется.

Я вижу нож в руке Марата. Кинжал. Остро заточенное лезвие рассекает воздух, отнимая кислород.

Он убьет меня?

Бедра вбиваются в бедра. Громадный орган раздирает нутро. Агония охватывает плоть, пожирает каждую клетку тела.

Рык прокатывается точно удар грома. Угрожающий. Утробный.

Или это фраза? Слово?

Я наблюдаю за тем, как нож опускается вниз.

Мир теряет краски.

Все цвета прочь. Абсолютно. Кроме красного.

Что-то холодное касается моей голой спины. Черта за чертой. По пояснице. По позвонкам. Практически не ощущаю боли.

Метка. Надпись. Тавро.

Железо вспарывает плоть. Вырезает знак. Четкий. Глубокий. Несмываемый. Высекает на коже позорный след. Клеймит.