Марат

Налитая кровью головка давит на створки. Не проникает внутрь. Подразнивает.

- Нет! – вскрикиваю. – Нет, нет… пожалуйста, не надо. Прошу. Не сейчас, не… не нужно. Пожалуйста, нет, не делай этого.

- Почему? – плотоядная ухмылка кривит полные губы.

- Ты обещал, - всхлипываю. – Обещал, что не возьмешь насильно.

- Думаешь, мне придется тебя насиловать? – черные глаза насквозь прожигают, душу изнутри вытягивают.

- Н-не н-надо, - умоляю униженно.

И даже шевельнуться боюсь, чтобы самой не насадиться на его член ненароком, не нанизаться на разгоряченный похотью вертел.

Марат ухмыляется шире, скалит зубы. Он чувствует, что я мокрая, причем совсем не от воды. Мои складки увлажняются по воле самых темных и низменных рефлексов.

Я хочу этого мужчину. Врага. Убийцу. Похитителя. С первого взгляда на него сдаюсь и подчиняюсь глубинной жажде. Тело уступает, однако разум сражается. До последнего.

Моя первая ночь после свадьбы должна быть с любимым. Пусть и формально. Именно с Олегом, с тем человеком, ради которого я рискнула всем.

Я не отдамся Марату. Не отдамся. Из тупого упрямства. Из принципа. Не пойду на поводу собственных инстинктов. Хотя запретные и развратные фантазии поработили сознание сразу после нашего первого столкновения в театре. Растравили и взбудоражили.

Хочу его. Отзываюсь. Откликаюсь. Как глупый мотылек, жажду попасть в объятия пламени. Вспыхнуть и сгореть дотла."

"А он не торопится принуждать силой. Не спешит. Растягивает пытку, желает добиться ответного отклика. Легко двигает меня то вверх, то вниз. Без труда перемещает, действует играючи, точно совсем ничего не вешу. Постукивает вздыбленным членом по нижней части живота. А после трется упругой головкой о самые сокровенные и чувствительные точки. Ласкает, будто насквозь простреливает, заражает вожделением, как смертоносным вирусом; всю кровь отравляет, вынуждает закипеть.

Дикарь. Варвар. Лютый, злой, безжалостный. Откуда ему знать столько о плотских утехах? Откуда у него эта жуткая и губительная власть надо мной?

- Нет, - шепчу сдавленно. – Пожалуйста. Пусти…

- Уверенна? – спрашивает, не скрывая издевки.

Упирается восставшим органом особенно сильно и мощно, разрешает ощутить буйную пульсацию разбухших вен. Жадно мнет мои ягодицы.

- Прошу, - кусаю губы. – Пожалуйста. Я не… готова.

- Ладно, - хмыкает, прекрасно чувствуя мой жар и влажность, но позволяет вновь оказаться на свободе: – Гуляй.

Отпускает, опускает на пол.

Цепляюсь за стеклянную стенку, царапаю поверхность ногтями. Еле на ногах держусь. Впечатление, точно кости становятся мягкими, да настолько, что хоть узлами завязывай. Плавлюсь и растекаюсь, тело – оголенный нерв. Спазм выкручивает низ живота.