Марат. Любить вопреки

— А обычно страшный? — нервно отшучиваюсь.

— Пойдём, я проведу тебя в женский туалет.

— Сын, — напоминаю ей.

— Потом будет сын. Потерпи, — касается пальцами моей руки. Убираю обе в карман, чтобы больше не провоцировать подобные прикосновения."

"Я мог бы ее трахнуть. Она хочет, я давно знаю, и ловлю ее мелкие знаки не совсем дружеского внимания, но Мия для меня табу. Это друг, человек, который мне здорово помог. Я для нее тоже табу. Так, играемся в догонялки иногда. Она делает короткий шаг, я два от нее. На этом все. У каждого своя жизнь и свои заёбы.

Пройдя по этажу, сворачиваем в сторону пожарной лестницы. Не доходя до неё, сворачиваем еще раз. В этот раз в коридор. Три двери с соответствующими значками сортиров: мужской, женский, служебный.

— Подожди секунду, — просит Мия.

Скрывается за дверью с черным треугольником на табличке. Быстро возвращается.

— Иди. Я тут покараулю.

Гулкое эхо моих шагов разносится по первой комнате с чередой раковин вдоль стены, длинным зеркалом и сушилкой. Вторая комната — сам туалет. Встаю между ними в прямоугольном арочном проёме. Расставив шире ноги, сложив руки на груди, чтобы не выдавать накрывший меня нервяк, смотрю на все такую же хрупкую фигурку, какую я держал в своих руках. Причёску изменила немного, взгляд потухший, губы искусаны и косметика под глазами размазана. Плакала…

— Мар, — Ро делает ко мне нерешительный шаг.

Смотрит так пронзительно открыто. Так только она умеет. Я повелся на это сразу как увидел и до сих пор ведусь. Этот взгляд пробивает броню. Быстро латаю обратно, чтобы меня не унесло в непоправимое.

— Где Денис? — спрашиваю, а сам продолжаю жрать ее взглядом.

После родов у нее немного раздались бедра, а в остальном моя мечта и правда не изменилась. Это тело было моим. Но дело ведь не только в нем. В ней всей. Я знаю, какая она внутри. Точнее думал, что знаю. И влюбился в это.

— Он под присмотром. Я покажу, но сначала выслушай меня.

Кивнув, даю ей возможность подойти ближе. С новым вдохом ощущаю ее одуряющий запах. Он такой родной, что я снова едва не теряю контроль.

Теперь отчетливо видно, как быстро бьётся венка на ее шее, свежую маленькую ранку на нижней губе и дрожащие пальцы. Они так внезапно касаются моей щеки, что я на мгновение задыхаюсь от собственных ощущений. Во мне будто что-то взорвалось и разлилось жидким пламенем по венам. Больно. Адски больно и хочется еще. Я извращенец!

Прихожу в себя. Отшатываясь от ее руки.

— Марат, я... — снова жует губу. — Мне столько нужно объяснить!

— К делу. Ты отнимаешь у меня время, которое я мог бы уделить сыну.

А у самого сердце грохочет в ушах. Мне все еще кажется, что меня наебали и сейчас должен звучать закадровый смех, означающий, что я полнейший лох.