Марь

Она лишь искоса поглядывала на Стешу, да время от времени касалась ее озябшей руки, словно проверяла, жива ли сестра."

"Стоило им выйти из болота, как туман исчез. На его место пришли влажные, подсвеченные стальным блеском воды сумерки. В окнах дома слабо мерцал свет. Стеша точно помнила, что не зажигала лампу. Значит, вернулась из деревни баба Марфа.

Она и в самом деле вернулась: вышла на крыльцо в тот самый момент, когда их маленький отряд поравнялся с домом. Стояла, скрестив на груди руки, хмуро наблюдала за ними из-под низко надвинутого на лоб платка.

Серафим выступил вперед.

— Вот, тетя Марфа. Я их привел!

Выглядело так, будто он пытается защитить их с Катей от гнева старухи. А чего им теперь ее бояться? Что еще она может им сделать? Она уже сделала все, чтобы их будущее казалось не только туманным, но еще и невыносимым.

— Вижу, что привел, — сказала баба Марфа. Смотрела она теперь только на Стешу, оглядывала ее с головы до ног. — Где ты была, Стэфа?

Стеша ничего не ответила, погладила Катю по голове и сказала:

— Пойдем в баню, Катюша! Будем купаться и греться!

В этот момент жарко протопленная баня была единственным местом, в которое ей хотелось попасть, в котором ей было бы хорошо. В бане уже все было готово для купания. Стеша позаботилась об этом заранее. Значит, не придется заходить в дом, не придется ничего объяснять этой злой, уже совершенно чужой старухе. Она взяла сестру за руку и, медленно переставляя ноги, направилась к бане. Их никто не окликнул. Баба Марфа так и осталась стоять на крыльце.

Только в жаркой парной, сбросив с себя насквозь мокрую, пропитавшуюся грязью и водой одежду, Стеша поняла, насколько сильно замерзла и устала. Она вылила на себя ведро теплой воды, смывая с волос и кожи болотный дух, выкупала Катю, расплела и старательно вымыла ее волосы, завернула в льняное полотенце и выставила в предбанник, велев никуда не уходить и дожидаться ее там.

В парной было хорошо: жарко и спокойно. Стешу не тревожили ни жар, ни пар. Ей невыносимо сильно хотелось прилечь на полок и закрыть глаза. Наверное, она задремала. Организм не справился с пережитым потрясением или просто решил, что теперь, когда Стеше больше ничего не угрожает, можно дать слабину. Наверное, она задремала и потому не сразу поняла, что в парной теперь не одна. На лавке, расплетая свою смоляную косу, сидела баба Марфа.

— Смотри не угори, — сказала она буднично, словно не было между ними того тяжелого разговора, словно ничего не изменилось в Стешиной жизни.

— Где Катя? — Стеша вскинулась, и от этого резкого движения закружилась голова."

"— В доме с Серафимом. Он за ней присмотрит. Ночевать сегодня будет тут, постелю в бане. — И снова разговор бабушки с внучкой. Вот только Стешу больше не проведешь.