Марь

— Ну вот! Не знаю, зачем вам нужна эта экспедиция, но я могу проводить вас, куда захотите.

— А взамен? Зачем мы тебе, если ты прекрасно справляешься в одиночку? — спросил Apec.

Прежде чем ответить, она долго молчала. Наверное, взвешивала все «за» и «против», а потом решилась:

— Мне нужно кое-что найти.

— На болоте?!

— На болоте.

— И тебе для этого нужны сопровождающие?

— Нет.

— Тогда я ничего не понимаю.

— Я тоже, — сказала Аграфена, а потом с вызовом вздернула подбородок и продолжила: — Говорят, снова активизировались псы, и лучше не соваться на болото в одиночку.

— Какие псы? — спросил Apec, вспоминая рисунок на пороге.

— Их зовут псы Мари. Это то ли одичавшие много веков назад собаки, то ли особый вид волков. Не важно! Важно, что они снова появились, и они очень опасны. Мне будет спокойнее, если рядом со мной будут крепкие и благородные мужчины.

Вот умеют же некоторые лицедействовать! Apec даже восхитился той искренности, с которой Аграфена только что соврала. Но, как бы то ни было, а она знает, как добраться до болотного домика. Такой себе проводник, но на безрыбье и рак рыба. К тому же до него только сейчас дошло: Стэф пообещал за шаолиньскую бабку немалое вознаграждение, а Аграфена как раз и была той самой шаолиньской бабкой! Вот как удачно все сложилось!

— Мне нужно позвонить, — сказал Apec.

— Звони! — разрешила Аграфена и даже проявила деликатность, отошла к своему приткнутому на обочине байку. — И не забудь сказать, что забесплатно я не работаю!

Глава 24

Той ночью разговора не получилось. Баба Марфа просто отказалась разговаривать.

— Иди к малой, — сказала она устало. — Успокой ее. Поговорим утром.

— Уже утро, — попыталась протестовать Стеша.

— Я сказала, иди спать! — рявкнула баба Марфа, и изо рта ее, несмотря на жарко натопленную печь, вырвалось облачко пара.

Стеша молча подчинилась, вернулась в спальню и, как была в одежде, нырнула под одеяло. Успокаивать Катюшу не пришлось. Она крепко спала, подтянув коленки к животу и тихо всхлипывая во сне.

На рассвете пришел Серафим. Он всегда приходил именно тогда, когда был особенно нужен. Была у них с бабой Марфой какая-то удивительная связь.

— Останешься с Катей, — сказала баба Марфа, нарезая сало и буханку хлеба. Один ломоть с куском сала она протянула Серафиму, а остальное завернула в газету и сложила в корзину.

— А вы? — Серафим откусил от ломтя и зажмурился от удовольствия.

— Пойдем со Стэфой в болотный домик. Немцы до него не доберутся, но эти дурни могут попытаться выйти из болота самостоятельно."

"— Так, может, и к лучшему? — спросил Серафим. — Неспокойно на болоте, им там уже мерещится разное. — Он задумался, а потом сказал: — Или не мерещится.

— Уйдут, когда придет время, — сказала баба Марфа в своей привычной резкой манере.