Маньяк между строк

Из фольклора психиатров– Слушай, ты говорила, что Правдоруб вменяем, но ему хорошо знаком тип психического расстройства Шляпника, манера речи, структура бреда. – Вера подошла к Виктории. Они уже были на «ты».

– Говорила, – Вика подняла голову от документов.

– А как человек может сконструировать речь сумасшедшего человека, чтобы даже врач не отличил? Так ли много вероятностей?

Вика молчала, склонив голову набок.

– Что вы имеете в виду, Вера Андреевна? – не выдержал я.

– Смотрите, предположим, что это не Инна. Той, конечно, проще всего, потому что она жила со Шляпником и примерно представляет себе, как выглядит шизофренический бред. Но если не она, то кто? Первое, что приходит в голову, это должен быть человек с врачебным опытом. Или кто-то, кто может наблюдать самого Шляпника или подобного больного…"

"– Или кто-то, кто умеет пользоваться ютубом, – закончил я. – Как раз недавно я сам просматривал материалы по теме, интервью с различными больными – их немало плавает в Сети.

Вера нахмурилась. Виктория согласно кивнула: скопировать расстройство можно, послушав достаточное количество речи людей с маниями или галлюцинациями.

– Это не так просто, как кажется, – подошел к нам Борисоглебский. – Я, как Вере известно, работаю над докторской диссертацией по нейролингвистике, которая посвящена речи людей с патологиями головного мозга. Шизофрения – не совсем моя тема, но для своих аспирантов я держу руку на пульсе. Найти в интернете нужный тип расстройства, да еще и не для одного-двух писем, а для целой серии – непростая задача. Нужно понимать, что ищешь. Кроме того, я регулярно мониторю материалы такого рода, и мне не попадалось ничего похожего на письма Правдоруба. Ниночка, подтвердите!

Та, кого Вера называла «симпатичная давалка», сидела, как примерная ученица в первом ряду. Несмотря на то что в зале было довольно прохладно, на Нине было платье с открытыми рукавами. Полные чуть навыкате губы ярко накрашены красной помадой, волосы аккуратно распущены по плечам. При взгляде на Нину на лице Борисоглебского снова промелькнул греческий сатир. Нина улыбнулась, томно откинула волосы и проговорила на удивление низким для такой худенькой дамы голосом:

– Подтверждаю, Оскар Вениаминович, я как раз только что закончила шизофрению мониторить для конференции в Хельсинки.

– Ты встречай нас, Суоми, красавица, в ожерелье прозрачных озер! – старческим козлотоном пропел Борисоглебский, на что Нина загадочно улыбнулась и снова опустила глаза к своей стопке жалоб.

В дверях спортзала появился капитан Ухтомский и подозвал Викторию с Верой.

– Есть новости? – строго поинтересовался капитан.

– Организовали работу, – доложила Вика. – Несколько похожих писем уже проверяют.

Ухтомский наморщил лоб.