Маникюр для покойника

Молодые мамаши с младенцами не рискнули выйти на прогулку, пенсионеры отложили до лучших времен поход в поликлинику и аптеку, все сидели на теплых кухнях, пили восхитительный ароматный кофе, а может, еще лучше, улеглись на диваны с книжечками про таинственные убийства… Так интересно следить за расследованием, скользя глазами по бумаге… На деле труд оперативника выглядит противно – мокрые ноги, голодный желудок и ничего не соображающая голова… В книге можно быстренько пролистать странички и заглянуть в конец, в жизни же…

Тут из парикмахерской быстро выпорхнула девушка в красивом рыжем полушубочке. Я пригляделась и ахнула – Нина. Интересно, что подвигло мастерицу бросить посреди дня работу? Не колеблясь, я натянула на брови вязаный колпачок и побежала за женщиной.

Никитина шла быстро, шлепая по лужам. Слежки она явно не ожидала, потому что ни разу не оглянулась. Через десять минут я устала и замерзла, но Нина упорно шла дворами к неизвестной цели. И только когда впереди замаячил знакомый дом, я поняла, куда так торопилась цирюльница. Прямо перед глазами возникло здание, где находилась квартира Катукова. Я притормозила у подъезда, досчитала до ста и поднялась наверх.

Все двери лестничной клетки смотрели на меня панорамными «глазками»."

"Дверь Катукова не была опечатана. Достав из кармана подушечки «Орбита», я разжевала их до однородной массы и залепила окуляры. Нет, все-таки зря многие считают детективные романы литературой третьего сорта. Ну где еще можно набраться такого количества разнообразных сведений? Ладно, подожду под дверью, когда-нибудь же врунья, не мигнув глазом сообщившая, будто у нее украли ключи, выйдет наружу.

Минуты текли томительно. Примерно через полчаса дверь другой квартиры распахнулась, высунулась неопрятная бабка, отодрала от «глазка» жвачку и пролаяла:

– Чего выжидаешь? Помер твой хахаль, в морг сволокли.

Я отвернулась к окну.

– Ох и дуры же бабы, – не успокаивалась старуха, но тут из двери потянуло горелым, и бабулька, охнув, исчезла. Прошел час. Мне в голову закралась мысль: а вдруг Нина поехала вовсе не к Косте, вдруг просто сама живет в этом же доме? Но тут тихонечко щелкнул замок, Нина выскочила наружу и повернулась к окну.

– Куда мы так торопимся? – вежливо спросила я.

Никитина подпрыгнула на месте и выронила довольно объемистый пакет. От удара о пол бумага развернулась, и по площадке веером разлетелись стодолларовые купюры.

– Господи, – забормотала парикмахерша, присаживаясь на корточки и собирая дрожащими руками банкноты.