Манекен (сборник)

Унизительно и недостойно говорить о таких вещах по телефону! Только лично, только видя его глаза, только понимая его реакцию! Подула на руку, надо же, как сильно стукнула, болит!

Решение объявить Сергею новость при встрече тоже было маленькой победой. Над собственной растерянной беспомощностью. Потому что когда громадная, нерешаемая самостоятельно проблема получает маленькие попутные решения, становится легче, появляются точки опоры. На них не удержишься, но хотя бы уцепишься. Иначе утонешь, как ребенок в неглубокой речушке.

Откуда мысли про тонущего малыша? Не важно. Главное, что меня сейчас не мутит, что завтрак не просится наружу. Сделать водички кисленькой на дорогу и позвонить Алисе. С кем еще, если не с лучшей подругой, обсуждать перипетии женской судьбы? После четырех я свободна, сможем увидеться?

Алиса смогла. И назначила встречу в дорогущем и модном ресторане «Вий». Нина пришла первой. Вместо администратора, метрдотеля или просто швейцара ее приветствовала простоволосая девица в белом саване, загримированная под актрису Наталью Варлей из фильма «Вий» по одноименному произведению Гоголя. Новоявленная панночка говорила по-украински без акцента:

– Ласкаво просымо! Здоровенькы булы, паненька! Як гарно, що вы до нас прыйшлы. А ото ще не уся нэчисть зийшлась…

В первый момент Нина растерялась. Не каждый день увидишь оживших героев старого фильма, восставших покойниц с мертвецкими лицами. Понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить и выстроить логический ряд: «Вий», Гоголь, фильм, Варлей.

Когда оторопь прошла, Нина строгим учительским голосом сказала:

– Девушка! Я оценила ваше выступление, а теперь проводите меня за столик, заказанный Алисой Никитиной."

"Зал ресторана представлял собой декорации все того же фильма – церковь, в которой Хома ночами псалмы читал. Даже гроб на постаменте имелся и муляж покойницы ведьмы-панночки просматривался. Что и говорить: обстановка для пищеварения идеальная! Перед Ниной официант, наряженный не то в лешего, не то в водяного, поставил высокий стакан с бордовым напитком и хриплым голосом сообщил, что это кровь невинных младенцев. Нину передернуло:

– Уберите немедленно!

– От ресторана, бесплатно, вишневая наливка, – тихим нормальным голосом пояснил официант.

Нина перелистывала книжку меню, оформленную под старинную рукопись, и закипала от негодования. Так издеваться над русской литературой! «Дама с собачкой», внизу меленько: «куриная грудка, фаршированная грибами», пятьдесят у.е. «Преступление и наказание» – «картофельные зразы с мясом молодого ягненка», сорок у.е. «Евгений Онегин» – «корюшка-гриль под кислым соусом», шестьдесят у.е.