Сопки Маньчжурии

Можно сказать, что это просто райское место с тучными травами и непуганым зверьем, да только вот грабить и брать в полон там некого. Впрочем, их судьба в новом мире – в их же собственных руках… и хватит уже о татарах, господа – мы уже почти прибыли.

Флаер снизился почти над самыми гребнями волн и влетел в приветливо освещенный ангар – такой огромный, что там на кильблоках как в сухом доке с легкостью поместились бы пара-тройка крейсеров типа «Новик» или такое же количество полностью боеготовых «Каракуртов». Один такой как раз и стоял в левой стороне ангара, и вокруг него суетились монтажные роботы и обучающиеся на техников бритоголовые «волчицы» и остроухие (скорее всего, бывшие «мясные»). Увидев «Каракурта», низко присевшего на своих посадочных лапах-опорах, каперанг фон Эссен непроизвольно выругался.

– Ну и чудовище, прости Господи! – сказал он, облегчив душу. – Чем оно питается, Сергей Сергеевич, броненосцами?

– Броненосцы ему, Николай Оттович, на один зуб, – ответил я. – Но вы не обращайте внимания на эту машину: это я готовлюсь к войнам будущих для вас времен, и ваши современники господа японцы и британцы еще не нагрешили так сильно, чтобы я выпустил против них такую вот страсть…

Но «Каракурт» оказался в этом рабочем ангаре только потому, что я распорядился именно им в случае моего отсутствия пугать вышедший из Босфора султанский флот. Гвоздем программы была красная ковровая дорожка и выстроившийся вдоль нее почетный караул. Уже выбираясь из флаера, я почувствовал, что тут что-то не так, и мгновение спустя понял, в чем дело. В почетном карауле стояли не обычные голограммы имперских штурмовиков, а вполне живые бойцовые остроухие в полной штурмовой экипировке. А вот и голограммы псевдоличностей в несколько усеченном составе: Гай Юлий, Тит Павел и Клим Сервий. Еще в прошлом мире изучив изображения морских офицеров и адмиралов русской службы, они в очередной раз сменили облик. Теперь их мундиры не красного, а черного цвета, а знаки различия, погоны и прочее соответствуют принятым в Русском Императорском флоте.

– Всем смирно! – громом рявкнуло из динамиков под потолком. – Государь-император на борту…

Ага, значит, не зря мы так долго ждали флаера в Бахчисарае… а тем временем девочки торопливо вздевали на себя штурмовые кирасы и шлемы, застегивали пряжки и всячески наводили на себя парадный вид. И в то же время я вижу, что новеньких там нет: почти все они самого первого призыва, пришедшего ко мне после Битвы у Дороги.

– Вольно! – говорю я, – объявляю положение вне строя, караулу благодарность за отличную службу, командованию корабля мое монаршее одобрение.

Воительницы немного расслабились, но строй не покидают, дают рассмотреть и себя, и свою экипировку.