Мамочки, я влюбилась в дракона!

– Где ты ходишь? – тут же накинулся на него Эйнар. Правитель был бледен, насколько может быть бледен дракон. Глаза нездорово блестели. – Инга рожает! – вцепившись в жилетку, Эйнар тряс Асвёра.

– Так, успокойся, – с трудом отцепившись, Асвёр кинул в правителя успокаивающее заклинание, которое не очень-то и помогло. Усевшись на диван, потянулся магией к Фроуду. Лекарь отозвался благодарностью. Инга очень быстро вытягивала из него магию.

«Успокой Эйнара и не пускай его в спальню, – попросил Фроуд. – И помоги нам Создатель».

Асвёру было сложно сидеть и улыбаться, шутить, отвлекая Эйнара, потому что он чувствовал, как тяжело приходится Фроуду. Двое детей забирали силы слишком быстро. Думать о том, что будет, если они не справятся, не хотелось. Им головы тогда точно отрубят. А спятивший от горя Повелитель – это совсем плохо. Просто катастрофа.

И лишь когда Фроуд прекратил выкачивать из него магию и мысленно поблагодарил, смог едва заметно выдохнуть, чтобы не пугать Эйнара.

Но вот Эйнару разрешили войти, а он наконец-то смог уйти домой. Силы были на исходе.

– Эй, не вздумай тут упасть! – Маша буквально поймала его в холле. – Не мог портал сразу в кровать открыть? – она возмущалась от переживаний. Хэвард, забирая дочку, сообщил, что Инга рожает и колдуна вызвали туда. И что лучше пока не мешаться.

– Как получилось, – слабо улыбнулся Асвёр. Кажется, он переоценил свои силы. Но зато его голове не угрожает быть отделенной от шеи. – Но по лестнице я не поднимусь.

– Пойдем в гостиную, – Маша, подставив плечо, помогла ему дойти до малой гостиной. Там возле пиано у нее давно было свито такое место для релакса.

Колдун буквально рухнул на диванчик как подкошенный.

– Не уходи, – поймал Машу за руку, когда она собиралась уйти.

– Я хотела на кухню сходить. Хоть чаю сделать, – на колдуна было жалко смотреть. Повинуясь минутному порыву, погладила его по голове. Дракон зажмурился как довольный кот.

– Давай потом, – Асвёр тяжело вздохнул. – Руку не убирай, так хорошо.

Машка хихикнула. Котодракон какой-то. Похоже, опять всю магию вычерпал. Она уже немного в этом понимала, и сейчас догадывалась, что роды были сложными, вон как выжало его. И это был другой уровень магии, забирающий еще и силы физические."

"Колдун приподнялся на локте, и Маша села на диван. Он же, положив голову ей на колени, обнял за талию и удовлетворенно вздохнул, когда Машуня снова стала массировать ему голову. Через минуту он уже спал, категорически отказываясь отпускать её, сильнее сжимая руки при малейшей попытке встать. Рассматривала нахмуренные черные брови, сжатые губы, провела пальцем по морщинке, прорезавшей лоб.

– Машка, ты полнейшая дура, – прошептала она в тишине.