Мама по призванию

Он отверг ее заигрывания, а, как мы уже знаем по истории с Грегом, моя «подружка» не прощает подобного.

— Я подумаю, — пообещала она сейчас и спрятала записку с моими «стихами» за корсаж.

— Для начала я должен проверить, — вмешался Леран.

Записка перекочевала в его ладонь. Он долго и тщательно всматривался в строчки, но так и не заметил того, что скрыто между ними. Тарина использовала для шифра очень древнее и мощное заклинание, его практически невозможно обнаружить. Лишь шерсть единорога и перо лебера могли высветить то, что скрыто. Да-да, именно так мне и удалось расшифровать послание Тарины. Все дело в Снежке. Я читала зашифрованное послание на его спине, а сама Тарина пользовалась семейным артефактом, доставшимся ей от пра-пратетушки.

— Хм… — Леран усмехнулся. Еще бы, мои стихи были полнейшим бредом. Однако артефактов при себе у декана не было, и он не прочел правды. — Не знал, что у тебя есть склонность к поэзии, Дарина.

Записка вернулась к Тарине. Леран отправился проводить мою гостью, а я осталась в полном одиночестве готовиться к предстоящей казни.

Утро, как нарочно, было жарким и ветреным. Пока я поднималась на эшафот, резкие порывы вскидывали мои светлые волосы, трепали и рвали платье. Я на несколько секунд замешкалась на лесенке, поправляя подол, и палач нетерпеливо кашлянул, перекинув топор из одной руки в другую.

На главной площади было оживленно. По случаю казни отменили занятия. И все адепты выстроились в ровные ряды вокруг эшафота. Декан Леран зачитывал обвинение, другие преподаватели заняли место на возвышении. Ректора Модина нигде не было видно.

Мой рот был запечатан заклятием, декан лично наложил его. Якобы для того, чтобы я не струсила в последний момент и держалась достойно. На самом же деле Леран опасался, что заговорю.

Плаха была раскаленной, несмотря на раннее утро. Я положила на нее голову и, откинув с шеи волосы, прикрыла глаза. Верила, что смерть не будет напрасной, ведь Максимка жив и здоров, драконы позаботятся о нем. Жаль, не смогу больше помогать приюту, не успела попрощаться с детьми. Вот бы еще разок прижать к себе моего маленького совенка Милу, поцеловать в пушистую макушку Софи, поозорничать немного с мальчишками. Думая о них, не сразу поняла, что с казнью что-то пошло не так.

По площади прокатили удивленные вскрики и испуганные возгласы.

— Вон, в небе! — выкрикнул кто-то.

Открыв один глаз, я посмотрела вверх. И увидела огромного красного, как закат, дракона, заслонившего собой солнце. Карлимиллион?! Так далеко от стены?

Сложив могучие крылья, он стрелой устремился вниз. А в следующую секунду мощные лапы цепко схватили меня. Цепко, но при этом аккуратно, я бы даже сказала, нежно. Мы поднимались в воздух под окрики толпы.

Первым оправился от шока Леран.