Мама по принуждению

Пусть для этого потребуются годы, он расскажет. Сидя в своем кабинете, Адам думал о том, какую ошибку совершил, что не сказал ей сразу. И что пошел на поводу у Вики тогда и подстроил эту беременность, подкупил ее мужа. За это он себя ненавидел.

Видел, как она смотрела на бывшего в стриптиз-клубе, как не верила тому, что видит, как едва ли не плакала, и хотел отмотать время назад. Правда, где гарантия, что тогда было бы лучше? Он и подумать не мог, что Андрей окажется таким. Он до последнего не верил Вике и затеял все с уверенностью, что муж Ангелины откажется. Скажет, что ему совсем не интересно его предложение и пошлет его куда подальше. Но он согласился. А Адам не мог понять, кто в здравом уме и светлой памяти способен продать свою жену.

Хотелось выйти из тени и вместо Рустама подойти к этому Андрею и хорошенько пройтись по нему кулаками. Вправить, так сказать, мозги. Но он этого не сделал, потому что желание их развода было сильнее. Правда, Адам понимал, что ни за что бы не пошел дальше, откажись Андрей от этой затеи. Скажи он, что любит свою жену, Адам бы и не вспомнил об Ангелине больше.

Врет, конечно, сам себе. О ней нельзя было не вспоминать, но лезть в ее счастливую семью он бы не стал. Сомнений в ее любви к своему мужу не было, ведь она готовилась стать матерью, забеременеть, родить малыша, а вот у Андрея этого самого желания не было. Он слушал записи разговоров с Рустамом и не верил, что такие, как Андрей, все еще ходят по земле.

— Мне и не нужен этот ребенок, это так… блажь жены. Они все хотят памперсы менять, да слюни вытирать, а я… мне и с ней хорошо.

— Подпись свою ставь, — голос Рустама был безэмоциональным и холодным.

— Да-да, конечно, — проблеял Андрей. — Вы же это… похитите ее потом, да? Я не настаиваю, но не хотелось бы, чтобы она знала.

— Конечно."

"Этот диалог всплыл в его памяти. Он до сих пор был в записи, но он его больше не слушал. Потребности не было. Ангелина была с ним, отдавалась ему, любила, доверяла, а он… он просто все просрал своим молчанием. Конечно, Андрею не было прощения, но и он, Адам, оказался не лучше. Не рассказал, промолчал, решил, что придет время. Оно и пришло. Она узнала сама.

От раздумий его отвлекла какая-то суматоха. Адам тут же встал и подошел к двери, коснулся ручки и вышел в коридор. Ангелина остановилась, заметив его, но после решительно пошла дальше. С его сыном на руках.

— Что происходит? — спросил он. — Ангелина?

— Я немедленно уезжаю, — произнесла холодно и отстраненно. — С сыном.

— Куда?

Адам не мог сказать, что не ждал такого поворота. Ждал. Более того, знал, что она именно так и поступит.

— Подальше отсюда.

— Нам нужно поговорить.

— Нет, не нужно, — мотнула головой.

— Тебе некуда идти, — напомнил ей, хотя не хотел.