Мама по контракту

— А что ты теряешь? — прищуривается он и начинает перечислять, — Ты не замужем, тебя выперли из института, живешь ты в каком-то захолустье. В лучшем случае работу кассиром найдешь, и то в соседнем поселке побольше. А работать тебе идти придется, причем выбора в работе у тебя почти нет. Потому что зарплаты учительницы твоей матери едва хватает, чтобы прокармливать твоих брата и сестру. Так что ты даже пару месяцев отсидеться не сможешь, чтобы вакансию получше найти.

— Откуда ты знаешь? — вскидываюсь я. В груди снова поднимается тревога. Откуда он все это узнал? Единственное, что я сказала, это что меня из института отчислили, ну и что у меня брат с сестрой есть.

Демид улыбается лукаво:

— Я все о тебе знаю, Соня Синицына. Скажи, добрые у вас люди в деревне этой? Наверняка только злорадствовать будут, когда узнают про институт и что у тебя в городе не вышло остаться. Да и перспектив у тебя — ноль. Так и останешься всю жизнь в своем захолустье.

— Я насобираю денег, вернусь и поступлю снова, — глухо произношу я, крепче сжимая пальцы на коленках.

— Много ты сможешь отложить с зарплаты в пятнадцать тысяч? — иронично усмехается Демид.

— Подработку возьму, — отвечаю, угрюмо насупившись.

— Уборщицей? — насмешливо уточняет он.

— Хотя бы и уборщицей. Не стыдно работать уборщицей, если жизнь вынудила, стыдно вот так о людях отзываться! — выпаливаю зло.

— Какая же ты еще все-таки… — улыбается Демид и делает глоток кофе из чашки, чтобы скрыть эту снисходительную улыбку.

— Какая? — вскидываю выше подбородок.

— Юношеский максимализм так и прет. Лучше бы реально взглянула на вещи. Где ты еще за пару месяцев полмиллиона сможешь заработать?

Сглатываю судорожно и даже вздрагиваю, когда слышу эту сумму. Демид на мою реакцию только снова снисходительно улыбается.

— Полмиллиона? — уточняю хрипло, — За два месяца?

— А что, мало за работу сиделки? Еще могу накинуть. Но уже после, за сговорчивость и послушание, — постукивая пальцами по столешнице, лениво говорит он.

Видя мое замешательство, Демид вздыхает и говорит уже серьезно:

— Послушай, не отвечай сразу. Обдумай все, как следует. Я отвезу тебя домой, оставишь мне свой номер и через пару дней скажешь ответ. Я понимаю, что это непростой для тебя шаг, но и я в долгу не останусь. Считай, что мы просто поможем друг другу в трудной ситуации. Подумаешь?

— Ладно, — помолчав, все же киваю я.

— Отлично. Тогда еще одна просьба. Насколько я знаю, ты живешь где-то в глухом захолустье.

— Не глухом, — возражаю упрямо, — это обычный крупный поселок.

— Ага, — отмахивается он, — так вот, эти пару дней Леся может побыть у тебя? Я заплачу сразу.

Демид достает бумажник и прямо передо мной кладет несколько пятитысячных бумажек.

— Здесь на расходы и тебе как за оплату работы няни.