Мама для наследника

— А как долго нам вообще придется плыть? — как бы невзначай поинтересовалась я.

— Около месяца. Если повезет, за три недели доберемся.

— Месяц? — Я чуть не вскочила, но вовремя вспомнила про поднос на коленях. — Нам придется целый месяц жить в крошечной каюте и вообще в таких тяжелых условиях?

— Почему тяжелых? Сейчас лучшее время для морских переходов — середина лета, море спокойное, ветер попутный. И когда мы приплывем, погода должна стоять еще неплохая. — Чародей был настолько искренен в своем удивлении, что я неожиданно успокоилась. Что взять с психа-фанатика?

— Ты не забыл, что у нас на борту крошечный ребенок, которому нет и месяца? — напомнила я.

— Даяна, поверь, этот ребенок покрепче большинства взрослых, — улыбнулся собеседник, — ему путешествие точно не повредит. Как и тебе — представительнице древней крови великих чародеев.

Я посмотрела на сопящего в корзине Вовку. Хочется надеяться, что он и правда достаточно крепкий и нормально перенесет плавание. И что я это испытание тоже нормально перенесу.

— Можно свободно покидать каюту и гулять по кораблю. Вы не пленники, и обидеть вас никто не посмеет, — уверенно заявил мужчина, а у меня перед глазами снова всплыли три женских трупа и лужа крови. Почему-то я не сомневалась, что чародей при малейшей угрозе скор на расправу и связываться с ним никто не станет.

— Спасибо, Дэйс, я рада, что мы здесь в безопасности, — по возможности серьезно сказала я, пытаясь скрыть иронию. Видимо, не получилось.

— Даяна, я понимаю, тебе сложно мне поверить и довериться. Но не сомневайся, я действую во благо, пусть сейчас и может казаться иначе. — Дэйс наклонился ко мне и заглянул в глаза, как смотрит преданный пес на хозяина. От такого жеста мне стало совсем не по себе. Я сглотнула и решила перевести тему на что-то нейтральное. К тому же пара вопросов у меня имелась.

— Скажи, а может ли разум предыдущей хозяйки тела как-то на меня влиять? Мне порой кажется, что я меняюсь слишком резко и быстро.

— Даяна, ты так спрашиваешь, будто у нас каждый день души перемещают, — усмехнулся чародей. — Это сложнейшее, а главное, запрещенное чародейство. Я о нем только слышал, а вот Лем где-то раскопал книгу с запрещенными ритуалами, откуда и узнал все подробности и способы его проведения.

— Но по твоим же словам, именно ты провел ритуал? — Я внимательно смотрела на мужчину, чувствуя, что он темнит.

— Потому что у главного чародея на это не было ни сил, ни нужных навыков. Он, скажем так, взял на себя техническую часть, чтение заклинания и поддержание жизнеспособности практически умершего тела. А я вливал силу, работал с потоками, просеивал родственные души, выбирая наиболее подходящую, а потом и перемещал. Лем страховал и мог подхватить.