Мама для наследника

— Ты с ума сошла! — Вполне нормальная реакция нормального человека. Но, видимо, общение с чародеями плохо на мне сказалось.

— Как только переедем — останавливай! Так надо! — Я истово надеюсь, что выгляжу убедительной, а не сумасшедшей. Впрочем, какая разница, главное, чтобы Панен меня послушала.

И вот стоит нам оказаться на обычной, хорошо укатанной земле, как Панен натягивает вожжи. Эду слушается неохотно, но замедляет бег и останавливается у края дороги. Очень умное животное сейчас все мокрое, дышит тяжело и глубоко. Я судорожно развязываю непослушными пальцами шуровку по бокам жилета. Подлетающие воины начинают что-то кричать наперебой, но я лишь отмахиваюсь, сейчас не до них. Аккуратно, прямо с сыном, который худо-бедно успокоился, снимаю жилет и надеваю на Панен, шнуровку она затянет сама. Затем спрыгиваю на землю, меня кто-то пытается перехватить, но я ловко подныриваю под рукой и бегу к реке. Вода. Мне нужна вода. Много воды.

Воины, проносящиеся мимо по одному, ошарашенно смотрят на меня. Но мы не сможем уйти от погони. На нашей стороне двадцать чародеев, а закатных не меньше сорока. Обычных солдат считать не стоит. Мариар вместе с чародеями стоит и прикрывает остальных, будто бессмертный. Я с разбега влетаю в воду, чтобы почувствовать ее как можно лучше, дух захватывает от перепада температур. На той стороне собираются силы врага. Надо спешить.

Я стою по пояс в реке и погружаю ладони в воду, пропуская ее сквозь пальцы, чувствуя быстрое течение. Вода холодная, да что там — ледяная, стекающая с гор. Но внутри меня снова разливается тепло, холод больше не страшен. Мне ничего не страшно.

Это поток. Он, на первый взгляд, не кажется большим, ширина реки от силы пара десятков метров. Но быстрое течение проносит сотни тонн чистой стихии. Огонь и воздух эфемерны, земля слишком неподатлива. Вода — идеальна. Несокрушимая мощь, способная как подарить жизнь, так и отнять. Она непокорна, капризна, прихотлива. Как и я. Мы едины. Я — ледяное буйство, несущееся в море. Я — капля, становящаяся океаном. Я — вода.

И я останавливаю поток.

Это как удар. Как взрыв. Как провал в бездну. Вода, будто налетев на невидимую стену, взмывает вверх, с грохотом расшибаясь о несуществующую преграду. Мне нужна ее помощь, и я ее получу. С гибкостью восточной танцовщицы, с грацией кошки и плавностью змеи вода меняет русло, но не сразу, а когда я отпускаю ее на волю. Она рада. Изгибаясь и извиваясь, всей набранной за минуту силой ударяет в берег, огибая тех, кто жмется к мосту, и сносит всех, стоящих на ее пути. Что такое минута? Сущая безделица. А для стремительного горного потока? Сколько энергии заключено в шестидесяти секундах? Я не знаю, но много. Достаточно, чтобы разом затопить долину.