Мама напрокат

Деньгами ведь ты умеешь дорожить больше, чем чувствами людей?

- Я не знаю! - воскликнула она. - Не знаю ничего, ясно!

- Только хуже себе делаешь, - я покачал головой. - Павел видел тебя утром у моего дома. Ангелина чисто теоретически не смогла бы сбежать от меня или уйти, потому что согласилась стать матерью для нашего с Алиной ребенка, - глаза Эльвиры загорелись огнем. - Да-да, матерью, ты не ослышалась. Я же со своей стороны обещал, что окружу ее вниманием и заботой, но нарушил свое слово. И получается, что не сдержал его, подставил ее и позволил случиться плохому.

- Ребенка… - прошептала Эльвира. - Ребенка Алины?

- Это единственный шанс моего сына стать снова здоровым. Теперь ты понимаешь, что я плевать хотел на тебя и твои переживания? Кто ты такая, чтобы вершить самосуд? Какое право имеешь лезть в чужие отношения?

- Отпусти меня! Сейчас же...

Я разжал тиски и опустил руку вниз, борясь с желанием поговорить с ней совсем иначе. Только женщин я никогда не бил, хотя эта дрянь на нее лишь внешне походила, а нутром и душой на обезличенное существо.

- Ты отнимаешь время не у меня, а у моего ребенка, с которым я обещал провести этот день и вечер. Если я сейчас уйду, то с тобой говорить уже будут по-другому. Ты знаешь мои связи и возможности. И даже если тебя отпустят, то ничем хорошим эта история не обернется для тебя.

- Я... - прокашлялась она, держась руками за горло, и с ужасом смотрела мне в лицо - Она... на даче. У Варламова... В ста километрах от Москвы."

"- Зачем ты ее туда отвезла?

- Я... Андрей, все не так… - ее голос задрожал, а в глазах заблестела влага.

Неужели начало доходить, что ее поступок был не просто низким - это было настоящее преступление.

- Сейчас я напишу заявление, а ты отправишься в участок. Мне плевать, как ты будешь выкручиваться. Будет это штраф или реальный срок, но уголовной ответственности ты не избежишь. Никакого перемирия не будет. Если попытка навредить мне или моей семье повторится, то с тем лицом, которое тебе сделают мои знакомые, салон и процедуры окажутся бессильны тебе помочь, чтобы вернуть ему первозданный вид.

- Андрей…

- Что ты творишь, Эльвира? Чего тебе в жизни не хватало? Чувств? Так ты ведь и чувствовать не можешь ничего, потому что сердца у тебя нет. Черствая ты и холодная. Зацикленная на своих побрякушках, шмотках и внешности. Тепла от тебя столько же, сколько от тлеющей искры в холодный и ненастный день. Ты сама-то себя любишь?

- Что ты такое говоришь...

- Правду. Если выяснится, что с головы Ангелины упал хоть один волос, я тебя уничтожу.

Повисла долгая пауза. Эльвира дрожала и продолжала держаться за шею, смотря на меня испуганными глазами.

- Дай мне телефон, - просипела она. - Я позвоню водителю. Она сейчас с ним. Я...

- Ты дрянь. Ты просто бесчувственная и глупая дрянь, у которой нет ни к кому чувств.